Марори упала духом. Первый отказ, за которым наверняка последуют другие. Она ожидала чего-то подобного, морально готовилась быть посланной по известному направлению, но все равно было обидно.
– Могу помочь с защитой, – задумчиво разглядывая ее всю, предложил Кулгард. – При условии, что ты подкачаешься, а то на тебя смотреть страшно – кожа и кости. Техника без мышцы – ничто. Тебя и кролик одолеет. Я могу кое с кем перетереть, раздобыть парочку крепких зелий для. ускорения процесса. Но выкладываться придется на двести процентов.
От удивления Марори даже рот раскрыла. Видок, наверное, тот еще, потому что даже у вечно угрюмого демона уголки рта поползли вверх. Она не успела опомниться, когда рядом оказался Ниваль.
– Шикарная игрушка, – сказал он, с нежностью поглаживая древко косы. И расплылся в улыбке, будто любовался обнаженной натурой. – Вещь с характером. – Потом снова нацепил скучающую мину и посмотрел на Марори. – Не уверен, что сможешь ее подчинить.
– Я смогла, – торопливо ответила она, – то есть, думаю, что смогла.
– Ладно, позанимаюсь с тобой, – согласился он, при этом излучая обреченность, будто его принудили под лезвием гильотины. – Но с двумя условиями.
– С какими?
– Не ныть, не просить поблажек, пахать. И рассказать мне, где ты раздобыла это совершенство.
– Договорились, – не раздумывая, согласилась она. Следом отозвался Даган.
– Я тут подумал, что так привык видеть твою обреченную мордочку на занятиях, что ради этого готов показать тебе парочку фирменных приемов. А то, знаешь, не люблю, когда что-то часто меняется.
Эашу как обычно змеем просочился к ней, обвил своими загребущими руками и водрузил голову на плечо.
– А после того, как эти чурбаны тебя измотают, я с радостью сделаю моей цыпочке массаж с благовониями и помогу расслабиться самими естественными способами.
Марори рассмеялась и в шутку щелкнула его по носу. Теперь-то она знала, что за его угрозами ничего не лежит, и эти ужимки – всего лишь часть роли. Хотя мысль о массаже оказалась на удивление приятной.
Эашу фыркнул, как обиженный кот.
Сами того не зная, они сделали ей лучший подарок ко дню рождения.
Следующая неделя пролетела, как один миг. Точнее сказать, она зациклилась на подготовке, как в автоматизированном процессе: учеба, тренировки с Кулгардом, который сперва учил ее двигаться и уходить от атак, а потом истязал на силовых тренажерах в спортивном зале, в котором вечно яблоку негде было упасть от количества студентов. Заодно она раззнакомилась с доброй половиной из них. Кулгард в среде «качков» был авторитетом, с ним советовались, к его мнению прислушивались. Таким образом, Марори получила не только хорошего неумолимого тренера, но и статус «под опекой Кула», что оградило ее от большей части нападок. Кроме того она незаметно для себя завязала приятельские отношения с другими студентами, потому что, как сказал один из них: ничто так не сближает, как протеиновый коктейль и понимание, что слова «доползти до комнаты после тренировки ног» – никакая не шутка.
– Спасибо, что не поставил на мне крест, – сказала своему рогатому тренеру Марори после очередной тренировки. – Если бы не ты.
Кулгард перебил ее.
– Штанга – великая сила, – изрек он. – А ты не ноешь. Величайшая похвала от него.
– Кстати, вот. – Он потихоньку протянул ей небольшую, размером с мизинец, стеклянную бутылочку, больше похожую на пробирку для сбора крови из ассортимента Ирри Данва. Судя по взгляду, это не то, что следует светить для непосвященных глаз. Ничего не понимая, Марори схватила бутылочку и быстро спрятала в боковой карман спортивной сумки.
– Пара капель утром в чай или в то, что ты там пьешь по утрам. Пара капель, – выразительно повторил Кулгард.
– Что это?
– Небольшое подспорье, чтобы ты стала сильнее.
– Типа. допинга?
Кулгард поморщился так, словно ему под нос сунули кучу экскрементов.
– Это то, что некоторые считают залогом силы проклятокровных. Только концентрированное и синтезированное. Секретная разработка. Впрочем, можешь не пить, – он пожал плечами, – тебе виднее, готова ли ты немного. схитрить ради достижения цели.
– Готова, – твердо сказал она и, поддавшись порыву, крепко обняла Кулгарда. – Спасибо. В ответ он хмыкнул, похлопал ее по спине и выпроводил к ее следующему «учителю».
После тренировок с Кулом приходил черед Ниваля. С гастом все было гораздо сложнее. Про таких говорят: талант к педагогике отсох на корню. Точнее, его не было даже в зачаточном состоянии. Однако Марори приспособилась. Потому что выхода не было. Ниваль не любил объяснять, как и что делать, он действовал по принципу: «Смотри, как делаю я, запоминай и повторяй». И она повторяла. Заодно научилась быть внимательной к самым мелким деталям.
