– Должно быть, у них полный контроль над полем Хиггса, – проговорил изумленный Норкинко. – Жаль, что Гомеса здесь нет. Он точно нашел бы подходящую теорию.
Такая теория существовала. Согласно ей поле Хиггса, о котором говорил Норкинко, пронизывало весь космос, всю материю. Масса и инерция не считались неотъемлемыми свойствами фундаментальных частиц. Они проявлялись как результат сопротивления, которое создается при движении частицы в поле Хиггса, подобно тому как знаменитость пробирается через набитый поклонниками зал. По мнению Норкинко, создатели корабля придумали, как помочь «знаменитости» пройти через «толпу» без задержек или хотя бы с минимальной потерей времени. Скорее всего, они научились увеличивать или уменьшать плотность «толпы» и способность «поклонников» досаждать «знаменитости». Понятно, что это весьма приблизительное описание. И Гомес, и даже Норкинко обычно начинали с метафор, прежде чем представить блестящее математическое решение проблемы. Но для Небесного этого было достаточно. Создатели корабля управляли гравитацией и инерцией с той же легкостью, с какой включали или гасили этот мерзкий желтый свет.
Значит, его догадка верна. Если на корабле существует нечто способное обучить его таким вещам… Можно представить, что это даст Флотилии или хотя бы «Сантьяго». Корабли не первый год сбрасывают балласт, чтобы оттянуть торможение до последней секунды. А если просто «выключить» массу «Сантьяго», как выключают свет в комнате? Тогда удастся войти в систему Суона на восьми процентах скорости света и застыть на орбите Пункта Назначения, мгновенно сбросив скорость. Хорошо, пусть получится не столь впечатляюще. Но даже если удастся уменьшить инерцию корабля хотя бы на несколько процентов, он готов рискнуть.
Внешнее давление давно превысило полторы атмосферы, оно продолжало подниматься, хотя и медленнее. Воздух был теплым, тяжелым от влаги и газов – безвредных, но не присутствующих в таких объемах в дыхательной смеси, к которой Небесный привык. Гравитация достигла половины
– Небесный? Это Гомес.
– Говори. Я тебя почти не слышу.
– Небесный, в нашу сторону летят два «такси». Через пять часов пожалуют гости. Они знают, что мы здесь. Я рискнул направить на них радар, чтобы определить расстояние.
Отлично. Наверное, в этой ситуации Небесный поступил бы так же.
– Оставь их в покое. Не разговаривай с ними и не давай понять, что мы с «Сантьяго».
– Выбирайтесь оттуда скорее, слышите? Мы успеем удрать.
– Нам с Норкинко еще надо кое-что сделать.
– Эй, похоже, ты не понял…
Небесный отключил связь. В непосредственной близости от него происходило нечто куда более интересное, чем приближение шаттлов. Навстречу, вверх по стволу шахты, что-то двигалось. Жирное бело-розовое тело ползло, неуклюже изгибаясь. Больше всего оно смахивало на личинку.
– Норкинко, – произнес Небесный, направляя оружие и целясь вниз, – похоже, нас встречают. – Он не ожидал, что его голос прозвучит так испуганно.
– Я ничего не вижу. Нет, погоди… теперь вижу. Ой!..
Существо было величиной с руку. Не столь большое, чтобы нанести человеку серьезные физические повреждения. Да просто нечем наносить – Небесный не заметил даже челюстей или жвал. Лишь на переднем конце туловища торчала бахрома прозрачных щупальцев; похожая на венчик, она покачивалась при каждом движении существа. Возможно, на этих отростках есть яд, но в скафандре можно чувствовать себя спокойно. Ничего похожего на конечности, способные причинить вред, и глаза тоже отсутствуют. Небесный мысленно перечислил эти «плюсы», потом оценил свое состояние – и с разочарованием обнаружил прежний страх.
Однако личинку, похоже, не напугало появление незваных гостей. Она лишь замерла и пошевелила отростками, точно привидение пальцами. Внезапно кольчатое бледно-розовое тело налилось ярким пурпуром. Из сочленений засочился алый, как артериальная кровь, секрет, и вскоре личинка уже лежала в лужице. Потом лужица выпустила собственные щупальца – она словно текла под уклон. У Небесного перед глазами расплывались очертания шахты. Казалось, вдруг изменил направление вектор силы тяжести. Красная жидкость продолжала прибывать, и вскоре вокруг лодыжек заплескались алые волны. В какой-то момент Небесному показалось, что он падает непонятно куда вверх ногами. По щитку шлема расползлась алая пленка, словно жидкость хотела проникнуть в скафандр.
