— Генная инженерия, — уверенно ответила Паскаль. — Летать они не могли даже с помощью тех штуковин, которые отрастили себе. Зато победили силу гравитации. Вышли в космос.
— И что дальше?
— Народ Похитителя Солнц вернулся на Ресургем незадолго до конца эпохи амарантийцев. Нам не удалось составить точную хронологию, но, похоже, они привезли его с собой…
— Привезли что?
— Событие. То, что погубило жизнь на Ресургеме.
Когда они брели коридором, по колено затопленным корабельной слизью, Хоури спросила:
— Нельзя ли как-нибудь остановить твое оружие до его встречи с Цербером? Задам вопрос иначе: ты его контролируешь?
— Замолкни! — зло прошипела Вольева. — Все, что мы говорим тут, внизу… — Она не окончила фразу и указала на стены, подразумевая всевозможные виды спрятанных там подслушивающих устройств — часть шпионской сети, которую, как она считала, соорудил Садзаки.
— И что дальше? — Хоури сильно понизила голос — какой смысл нарываться на неприятности? — но бросать разговор неоконченным ей тоже не хотелось. — Если дела и дальше будут идти так, как сейчас, очень скоро у нас возникнет конфликт с остальными триумвирами. Да и не думаю я, что жучки Садзаки есть везде. Суджик тоже так не считала. Даже если я ошибаюсь, сейчас ему всяко не до нас.
— Говорю тебе: это опасно. — Однако тут до Вольевой дошел намек на то, что в недалеком будущем их с Хоури увертки непременно перерастут в открытый мятеж, и она подтянула рукав куртки, чтобы взглянуть на браслет, на экране которого светились диаграммы и бежали друг за другом цифры. — С помощью этой штучки я могу контролировать почти все. Но какой толк? Садзаки убьет меня, если поймет, что я собираюсь саботировать операцию. А он поймет, как только «Плацдарм» отклонится от заданного курса. И еще не забывай: Силвест грозится нас всех взорвать в случае неподчинения. Я не знаю, какова будет его реакция на мои действия.
— Плохая, но я думаю, это ничего не изменит.
Тут вмешалась Паскаль:
— Дэн не выполнит угрозу. Ничего такого в его глазах нет, он сам мне сказал. Но Садзаки этого не знает, так что Дэн уверен в своем конечном выигрыше.
— Ты твердо убеждена, что он не солгал?
— К чему такие вопросы?
— В данных обстоятельствах такие вопросы вполне уместны. Я боюсь Садзаки, но если возникнет необходимость, то смогу потягаться с ним. А вот с твоим мужем — нет.
— Этого не произойдет, можешь мне верить.
— Похоже, у нас появился выбор, — сказала Хоури.
Они как раз подошли к лифту. Дверь открылась, но им пришлось сделать усилие, чтобы забраться в кабину, так как она остановилась слишком высоко. Хоури стряхнула слизь, постучав носками сапог о стенку, и добавила:
— Илиа, ты должна прекратить это безобразие. Если снаряд достигнет Цербера, нам всем конец. Мадемуазель об этом знала с самого начала, потому-то и считала, что Силвеста надо уничтожить. Да, она предвидела, что он так или иначе попробует добраться сюда. Сейчас у меня в голове нет полной ясности, но в одном я точно уверена: Мадемуазель не сомневалась, что нам всем придется плохо, если Силвесту удастся задуманное. Плохо — это слишком мягко сказано.
Лифт двинулся вверх, но Вольева еще не сообщила, куда они направляются.
— Похоже, его науськивает Похититель Солнц, — сказала Паскаль. — Подбрасывает идеи, ставит перед ним цели.
— Идеи? — удивилась Хоури.
— Например, прилететь сюда, в эту систему. — Вольева заметно оживилась. — Хоури, а помнишь, как мы с тобой воспроизводили Силвеста, что хранился в памяти корабля после его первого визита?
Хоури кивнула. Она хорошо помнила, как смотрела в глаза симулякру и думала, что будет убивать реального человека.
— И как он намекнул, что уже тогда планировал экспедицию на Ресургем? Нас это обеспокоило, так как в то время он еще ничего не мог знать об амарантийцах. Ну, теперь все становится на свои места. Дело в Похитителе Солнц, который уже тогда сидел в мозгу Силвеста и направлял его мысли. Едва ли Силвест понимал, что с ним происходит.
Хоури задумчиво проговорила:
— Похоже, Похититель Солнц и Мадемуазель сражаются друг с другом. Похититель Солнц — виртуальная сущность, а Мадемуазель сидит на Йеллоустоне в ящике… И они дергают за поводки, натравливая нас, как бойцовых псов, друг на друга.
— Наверное, ты права, — ответила Вольева. — Похититель Солнц уже давно не дает мне спокойно жить. Кстати, а ведь мы ничего не слышали о нем с тех пор, как уничтожили взбесившуюся пушку.
Хоури промолчала. Она-то знала, что Похититель Солнц вошел в ее мозг, когда она в последний раз находилась в ЦАПе. Позднее, на Ресургеме, Мадемуазель сказала, что Похититель Солнц постепенно поглощает Хоури и неминуемо одержит верх через несколько часов или, самое большее, дней. Но с тех пор прошло много недель. Сама Мадемуазель, по ее собственным подсчетам, должна быть уже мертва.
