— А тебе не приходит в голову, что у них могут быть собственные планы? Знаешь, что сказала Вольева, перед тем как я брякнулась на пол без сознания? Что я теперь артиллерист! Интересно, что она под этим понимает?
— Теперь понятно, зачем им был нужен человек с военным опытом.
— А если окажется, что я не гожусь для такой работы?
— Не думаю, что ее это очень огорчит. — Мадемуазель прекратила ходить и приняла самое серьезное выражение лица. — Они, видишь ли, ультра. А ультра имеют доступ к технологиям, которые в колониальных мирах запрещены.
— К примеру?
— У них могут оказаться средства, возбуждающие чувство лояльности.
— Что ж, спасибо, что ты сообщила мне эту важную информацию так своевременно.
— Не волнуйся, я всегда учитывала возможность такого оборота. И приняла меры предосторожности.
— Ты меня совершенно успокоила.
— Имплантат, который я поставила тебе, производит антиген, ослабляющий действие психотропных средств. Кроме того, он передает мозгу сублиминальные формулы волеусиления. Вмешательство Вольевой будет полностью нейтрализовано.
— Тогда зачем вообще ты тратишь на меня время, сообщая, что должно произойти?
— Видишь ли, милая девочка, если Вольева прибегнет к таким средствам, тебе придется делать вид, что они действуют.
Спуск занял лишь несколько минут, давление и температура стабилизировались, достигнув средних для поверхности планеты показателей. Шахта имела максимальную ширину порядка десяти метров. Местами в стенах виднелись огромные ниши, где размещались пункты управления, склады оборудования и тому подобное. Были и расширения, где два лифта, идущих в противоположных направлениях, могли разойтись.
Главными строителями здесь были роботы. Они покрыли стены шахты тончайшей — в атом — пленкой. Она состояла из уложенных рядами нитей, которые роботы выделяли из органов, сходных с железами пауков. Сияние, проникавшее через стеклянный потолок, освещало полупрозрачные стены шахты, казалось уходившие в бесконечность.
— Почему вы раньше не рассказали о ваших находках? — спросил Силвест. — Ведь вы тут работали многие месяцы, если не годы.
— Скажем так: ваш вклад был для нас не так уж важен, — ответил Жирардо. — Во всяком случае, до сих пор, — добавил он.
На дне шахты они вошли в другой коридор, весь серебристый, чище и прохладнее того, что наверху. Окна в его стенах позволяли видеть огромную пещеру, наполненную строительными лесами и землеройным оборудованием. Силвест, благодаря своим глазам, мог фотографически запоминать увиденное, мог и увеличивать его при необходимости. Пройдя еще десять шагов по коридору, он так и сделал, еле слышно буркнув «спасибо» в адрес Кэлвина.
То, что он видел, заставляло его сердце биться все быстрее.
Прошли через двустворчатую бронированную дверь, возле которой извивались охранные энтоптики, изображавшие шипящих и плюющихся ядом змей. Затем попали в вестибюль с такой же дверью в дальнем конце. Жирардо сделал знак охранявшим дверь милиционерам, потом повернулся к Силвесту. Круглыми глазами и общим складом лица он походил на пекинеса, а еще на изрыгающего огонь демона с японской картины.
— Ну а теперь, — сказал Жирардо, — вам придется либо потребовать деньги назад, либо замереть в благоговейном молчании.
— Что ж, попробуйте меня удивить, — ответил Силвест с напускной беззаботностью, хотя пульс у него бился как бешеный, а внутри все дрожало от нетерпения.
Жирардо распахнул дверные створки. Дальше находилась комната размером в половину грузового лифта, совершенно пустая, если не считать ряда утопленных в стене секретеров. На одном из них лежала гарнитура — наушники с микрофоном, — а рядом стоял компад, на экран которого были выведены «карандашные» рисунки.
Комната имела косые стены, и потому потолок был заметно больше пола. Все это плюс широкие окна, по три на каждой стене, вызывало у Силвеста чувство, что он находится в гондоле воздушного корабля, летящего под беззвездным небом над черным океаном без единого маяка.
Жирардо выключил свет, и стало видно то, что лежало за стеклами окон.
С крыши строения, в котором они находились, свисали прожекторы, их яркий свет был направлен на амарантийский артефакт, расположенный значительно ниже уровня окон. Он выступал из почти отвесной стены пещеры — колоссальная полусфера безупречно-черного цвета, окруженная портальными кранами и строительными лесами. Шероховатые куски затвердевшей лавы все еще держались на ней, но там, где породу счистили, поверхность гигантского шара была гладка и темна, как обсидиан. Выступающая его часть была не менее четырехсот метров в ширину, хотя больше половины артефакта оставалось в стене.
— Вы знаете, кто его создал? — тихо спросил Жирардо и, не дожидаясь ответа, сообщил: — Он появился раньше, чем люди научились говорить. А на нем меньше царапин, чем на моем обручальном кольце.
