— Гипотетически можно домового к беседе принудить, — заметил Баженов. — Есть такие ритуалы. Но как по мне — лучше пойти в зоопарк, залезть в клетку к медведю и палкой в него потыкать. Реально проблем меньше наживешь.
В коридоре раздался топот, и в комнату прошли два мордатых санитара с носилками.
— Труп забирают, — констатировал Славян. — Значит, скоро будут квартиру опечатывать. Давайте доедайте скорее. Там, кстати, еще одна палка колбасы лежит неразрезанная, и сыра хороший кусок. Такое ощущение, что то ли Сокол пожрать был не дурак, то ли гостей ждал. Хотя такие, как он, чаще по кабакам зависают, домой только ночевать приходят, да и то не всегда. Я к чему — может, прихватим в отдел? Считай, ужином всех обеспечим. А за хлебом Ленку отправим, пусть от нее хоть какая-то польза будет.
— А давай, — согласился Морозов. — Все равно испортится.
— Мародерствуете? — в кухню вошел Францев.
— Ну, как сказать? — уклончиво ответил Славян. — Скорее…
— Не сегодня, — попросил его начальник. — И без твоей трескотни голова раскалывается. Старею, видимо, метеозависимым становлюсь. Значит, так: нашего красавца убивал не один вурдалак. Их было двое.
— Почему вы так решили? — вырвалось у Олега.
В данном случае он не подвергал сомнению выводы Францева, ему просто было интересно, на основании чего они сделаны.
— Один укус — на шее, — пояснил начальник отдела. — Второй — на запястье. Какой вывод из этого можно сделать?
— Бабы, — мигом отозвался Баженов. — По неопытности его до такого состояния уходили. Он вроде как их снял, домой привел, чтобы повеселиться от души, вот они его в четыре клыка и того. Случалось же такое раньше, мне кто-то рассказывал, то ли Савва, то ли еще кто. Ну, не досуха, конечно, выпивали, но на тот свет бедолага отправлялся.
— Вариант, — кивнул Францев. — Если все так, то задача упрощается. А если нет? Если так и было задумано?
— Если нет — все сложнее, — вздохнул Морозов.
— В любом случае правонарушение налицо, — подытожил Францев. — Причем серьезное. Потому сейчас мы с тобой, Баженов, отправляемся к Ростогцеву, ты, Саша, едешь к Загряжскому, а Олежка держит путь к своему приятелю Ленцу.
Ровнин хотел было сказать, что не такие уж они и приятели, но, подумав, решил промолчать. Не стоит раздражать начальство тогда, когда у него голова болит.
— Каждой из перечисленных персоналий выкатывается претензия по поводу случившегося, — продолжил Аркадий Николаевич. — В ультимативной форме, без всяких сюсюканий, упреков и тому подобной чепухи. Убит человек, причем в том, кто и как его прикончил, никаких сомнений нет, потому любые разговоры здесь лишние. Отделу нужны те, кто это сделал, срок исполнения — сутки. Причем, что важно, нужны не в виде пепла и фразы «Мы сами с ними разберемся, даем слово». Мы желаем получить их живыми. Ну, разумеется, условно, поскольку формально они нежить. Если нет — отдел сам займется розысками, но тогда уж не обессудьте, дальнейшие разговоры вести никто не станет. Плюс я лично побеседую с представителями налоговой полиции, ОБНОНа и еще много с кем. В смысле — я их клубам и ресторанам устрою веселую жизнь. С опечатанными помещениями и бесконечными проверками прибыльный бизнес вести очень, очень трудно, будь ты хоть трижды бессмертный.
— Зассут, — уверенно заявил Баженов, вставая и подходя к холодильнику. — К гадалке не ходи!
— Поживем — увидим, — усмехнулся Францев, а после уточнил: — Ты чего делаешь?
— Обеспечиваю нам ужин, — ответил ему Славян. — Хочешь жить — умей вертеться.
— Н-да, — вздохнул начальник, а после обратился к Ровнину. — А ты что так одет? Прямо сирота казанская. Вчера же тебя экипировали по высшему разряду?
— Так погода-то какая? — показал на окно Олег. — Грязно, сыро. Жалко костюм! Да и холодно в нем.
— Ладно, заберешь у меня в машине свои вещи. А то очень уж куртка страхолюдная, честное слово, тебя в такой к Арвиду просто не пропустят, ты в ней бомж бомжом. Прямо так и тянет милостыньку подать!
Олег и сам с радостью снова натянул на плечи верную джинсовку. Нет, прежде он ее тщательно обнюхал, чем немало повеселил Баженова, но, к его немалому удивлению, ничем она не пахла. В смысле, не уловил он отголосков вчерашней подземной вони.
Что до клуба — никаких сложностей с тем, чтобы попасть внутрь, у него не возникло. Как Арвид и говорил, черная с золотом карточка на самом деле открывала ему все двери, даже несмотря на то, что в данный момент заведение не работало. Плюс и Себастьян его моментально вспомнил, несмотря на то что ранее видел всего пару раз.
Отдельной удачей оказалось то, что Ленц бодрствовал. Просто спи он, то вряд бы кто-то стал его поднимать для беседы с Ровниным. Нет, возможно, для Францева бы сделали исключение, но Олег, конечно, был персоной не такого калибра.
— Рад видеть, — поприветствовал юношу как всегда элегантно одетый глава вурдалачьей семьи, а после протянул ему руку. — Хорошо, что заглянул. А то как тогда разок зашел в гости, так и пропал на все лето.
— Работа, — сжав его ладонь, ответил Ровнин. — Москва город большой, все время где-то что-то случается.
