Я шёл тогда в Сокольниках для оздоровительной прогулки и услышал, как в новостях сообщили о смерти Кобзона. Эта новость напомнила мне про мои знания о жизни и о реинкарнации. Я развернулся, купил маме еды в магазине, и дома забронировал билет на автобус, чтобы на следующий день поехать в деревню. Будь, что будет.
На всякий случай я попросил старых знакомых проверить маму, и мне сказали, что она была в огороде. Я ехал спокойным.
Всю дорогу я старался быть позитивным насчёт всего, что происходило вокруг. Это помогло расслабиться мне.
На даче я спилил заросли терновника и помог маме с разными другими проблемами, которых накопилось достаточно много.
Сама деревня сильно изменилась за те многие годы, что я не мог доехать до неё.
Принеся маме родниковой и колодезной воды, я собирался уезжать на следующий день. Меня уже ничего не беспокоило, когда я шёл среди заросшего деревьями поля, которое не засеивалось уже много лет. Я не мог не вспомнить сон, который снился мне много месяцев назад. В том сне я смог наконец приехать в деревню, и меня поздравляли с этим старые знакомые. В реальности мне никто не встречался из старых друзей, но вот до деревни я реально доехал.
После некоторого времени я приехал снова в деревню, чтобы помочь маме увезти урожай. Раньше это делал отец на его машине, которую он продал пару лет назад, но мог ездить на ней по доверенности.
Нам нужно было платить за долги отца по ЖКХ, и мы думали сдавать её. Для этого нужно было привести квартиру в порядок, что было совсем не легко.
Я приехал в папину квартиру ясным солнечным днём очищать стены кухни от старой осыпающейся краски. Во время работы, что-то отвлекло моё внимание, и я посмотрел на лево от себя в сторону коридора. Я увидел, как белая полупрозрачная фигура смотрела на меня и тут же быстро боком «ушла» за стену маленькой комнаты. Я понял, что это были те самые 19% электронов, которые раньше были частью моего отца. Мне не было страшно, так как я знал о причинах привидений, но иногда я всё-таки поглядывал по сторонам.
В другой день, когда я был уже вместе с мамой, которая помогала чистить пол в большой комнате, я увидел, как что-то белое проходит по мою правую руку. Я думал, что это была мама, но когда я обернулся, то она что-то делала у стены, а её спина была повёрнута к окнам. Это снова были электроны, которые не входят в состав Астрального тела, и отделяются от физического тела через три дня после смерти человека.
В другой день я работал в квартире отца один. Вечером, когда уже были сумерки, я собирался уезжать. Я включил свет и переодевался в чистую одежду в маленькой комнате. Боковым зрением я заметил, как что-то тёмное и маленькое движется в коридоре справа налево. Я подумал, что это может быть соседская кошка, которая иногда заходила в квартиру, но когда я посмотрел прямо на движущийся объект мне стало ясно, что это была тёмная масса, которая скрылась за дверью. Я совладал с собой и спокойно ушёл.
После этого опыта с настоящим приведением мне стало предельно ясно, что та яркая сущность в деревне не была привидением.
После смерти отца я часто плакал. Размышляя о причинах, я думаю, что мои чувства выплёскивали себя так сильно из-за всех глупостей, которые мне нужно было творить все те годы, в которые я мог жить совсем по-другому. Быть может это повлияло бы и на отца, и он не пил бы так сильно. В конце концов он однажды послушался меня и был трезвым на моё день рождение…
И вот мы с матерью были в отцовской квартире, и на меня снова нахлынули эмоции и слёзы. Я находился в коридоре – в том самом месте, где месяцы назад я видел тёмную массу – когда я почувствовал, как что-то холодное трогает часть моей левой руки. Хочу подчеркнуть, что именно часть руки, а не всю голую руку, что исключает сквозняк…
Разбираясь в квартире, мы нашли отцовские детские фотографии. Я жалею, что он никогда не показывал мне их. Я всегда знал отца уже взрослым и никогда не представлял его ребёнком. Эти фотографии могли бы помочь мне понять и простить папу гораздо раньше.
Я заметил и то, что отец начал очень рано лысеть, и когда я родился, он в его 29 лет уже был полностью лысым. Тут есть два момента. Во-первых, я раньше сильно переживал из-за потери волос, но фактически моё облысение было не таким уж и быстрым, и в тридцать лет у меня ещё есть какая-то растительность на голове. Во-вторых, я вспомнил, как в детстве папа говорил мне, что когда я родился он был здоровым (имея ввиду, что у него были все волосы) – но фотографии говорили об обратном… Оглядываясь назад, я бы предпочёл, если бы папа просто сказал правду, ну или не говорил ничего. Его слова скорее сделали хуже, чем лучше, так как я поверил, что у меня всё будет хорошо в плане внешности. Зная, что меня ждёт, я, возможно, смирился бы с этим, а также постарался бы лучше воспользоваться тем, что имел в юности.
