Время от времени я всё ещё пытался писать сценарии. Одну из идей я попытался развить до конца. Моя двоюродная сестра предложила мне дать его на чтение одному из её знакомых на телевидении. Сценарий был назван слабым, что не было большим сюрпризом, так как я писал его в спешке и не особо задумываясь над духовной, так сказать, стороной сценария. История пыталась учить чему-то главных героев, но исполнение было слабым и банальным. Естественно, ни одна Голливудская студия не была заинтересована этим сценарием.
Но у меня тогда был шанс узнать ещё две важные для меня вещи. Когда приехала двоюродная сестра, которую я не видел очень давно, она уже была явно постаревшей. Видеть её сильно изменившееся лицо было неожиданностью для меня, так как в последний раз я помнил её очень красивой женщиной, а в очень раннем детстве я даже был слегка влюблён в неё, не понимая тогда ещё про родственные связи… Но одновременно с тем открытием случился и другой момент когда я заговорил, и уже она была в явном шоке, смотря на моё лицо. Вспоминая видео себя, которое я записал после шока второй проститутки, я прекрасно понимал, что было причиной того нового неловкого эпизода…
Это был вечер, когда я сидел в постели с моим ноутбуком у меня на коленях, пытаясь направить своё воображение в правильное русло сценарного мастерства. Тогда я в неизвестно какой раз стал фокусировать свой разум на том, что есть в настоящем, а не в моём воображении. Я ясно помню, как я осознал тогда, что моя привычка фантазировать является очень серьёзной и не шуточной вещью, которую нельзя недооценивать. К ней нужно относиться, как к болезни или чему-то другому, что реально угрожает жизни.
Как я уже писал, раньше в моменты полного прибытия в настоящем на меня находила грусть. Я же хотел радоваться жизни, а не жить в хандре. Из-за скудности моих духовных и материальных знаний на тот момент, я возвращался к воображению, мотивируя это тем, что я фактически знал на своём опыте, что выйти их этого состояния было очень легко – нужно просто сфокусироваться на пяти чувствах, отбрасывая все прочие мысли не имеющие ничего общего с окружающей реальностью.
Но этот раз был другим, и я был неумолим в своём решении жить в настоящем. Вскоре я случайно посмотрел на свою ладонь и увидел на ней то, чего совершенно точно не было там ранее – короткую линию, перечёркивающую мою линию жизни.
Я лишь немного читал про хиромантию. Не могу сказать, чтобы я прям верил в неё, но и не могу сказать, чтобы не верил. Я нейтрален в этом вопросе, насчёт которого должно проводиться больше серьёзных научных исследований. Но тем не менее те знания, что я имел, влияли на мои решения. Например, я сделал довольно нелепое решение продолжить мастурбировать, основываясь на том, что под мизинцами моей руки были линии, которые, насколько я знаю, в хиромантии значат, что у человека будут дети. Я заставил поверить себя, что мастурбация не повлияет на поиски спутницы жизни раз мне было «суждено» иметь детей.
Потом очень давно я читал про случай, когда гадалка нагадала человеку по его руке о том, что ему было суждено скоро умереть задохнувшись. Боясь, что его кто-то задушит, он поехал в пустыню, где не было бы абсолютно никого. Вскоре в пустыне поднялась песчаная буря, и человек задохнулся от нехватки кислорода. Раньше я считал ту историю правдивой, не видя некоторых логических проблемных моментов.
И вот в тот вечер я смотрел на новообразовавшуюся короткую линию на моей ладони, вспоминая то, о чём я написал в предыдущем параграфе, а также то, что давно на даче у меня тоже появилась явная красная точка на линии жизни во время моих размышлений о суициде, и она тут же пропала после моего образумления. Я знал тогда, что та короткая линия была прямым следствием моего решения полностью перестроить своё мышление и жить в настоящем. И я думал, что знал тогда, что та коротенькая линия, пересекающая линию жизни, означает смерть. Но я был неумолим в своём решении и не собирался сворачивать, так как я решил тогда, что уж лучше я умру, чем буду жить в таком дичайшем состоянии сознания, когда я едва ли мог называться человеком. Я думал, что я уже узнал в этой жизни всё, что можно было узнать из моего опыта с воображением, и, следовательно, не было никаких причин вновь по своей воле возвращаться в то состояние.
В ту ночь мне приснился сон, где на школьном дворе перед моим домом ко мне подошёл отец моего лучшего друга детства. Он сказал мне тогда, что есть ещё, что узнать в этой жизни.
Проснувшись, я думал над сообщением того сна и решил, что продолжу мечтать, но буду делать это лишь «слегка». Короткой линии на моей ладони больше не было.
