Простыми словами полностью

Как любой отец. Слежу за их успехами, переживаю их неудачи. Миша и Аня работают у меня, Юля и Катя еще учатся в школе. Миша с раннего детства занимался хоккеем, Аня — фигурным катанием и теннисом, Юля с Катей учатся бальным танцам. Причем, все мои дети похожи в одном — в первую неделю занятий им все нравится и все интересно, а потом они начинают понимать, что это тяжелый труд. И начинается одна и та же песня: папа, я больше не хочу. А я говорю: нет уж, будете заниматься дальше, дорогие мои. И дети понимают, что деваться им некуда. (Смеется.) Потом, конечно, когда у них начинает получаться, им опять все нравится и все интересно. Но вот в этот важный момент, после первой недели, я заставлял всех четверых. И считаю, что делал правильно. А вот бросать или не бросать профессиональный спорт — это решение и Миша, и Аня принимали сами.

Как?

Подходили ко мне и говорили: наверно, надо завязывать, папа. А я отвечал: давно пора.

«Дети его обожают, — улыбается Светлана. — Он удивительный отец. Даже когда ребятишки взрослеют, он не отдаляется от них, они всегда ему интересны, он постоянно находит, о чем с ними разговаривать. Он с ними играет, гуляет по лесу, ходит в кино. Когда Боря дома, дети постоянно крутятся возле него. Знаешь, мы каждый февраль уезжаем отдыхать с мужем вдвоем. Так вот, на второй день я уже расслабляюсь и сплю, а он — нет. Он всегда собран, всегда мобилизован, всегда все контролирует, даже на отдыхе. Он звонит детям два раза в день — утром и вечером. Причем, каждому — на мобильный телефон, потому что дети-то в течение дня все в разных местах: у кого кружки, у кого танцы, у кого работа. Но пока папа не услышит их голоса, он не успокоится».

Вам какая страна больше всех нравится?

Россия. Страна Россия. Город Челябинск. С удовольствием езжу в Москву, в Рим, в Иерусалим. Самое интересное из всего, что я видел — это, конечно, Рим. Он меня покорил. Но жить хочу только в Челябинске. Я люблю то, что хорошо знаю.

Вы консерватор?

Наверно, да. Люблю спокойную музыку без всяких джазов и роков, люблю одно и то же радио в машине и не люблю, когда его кто-то переключает, люблю черные машины.

И рубашки только голубого цвета?

(Улыбается.) Ну почему же? Я ношу рубашки почти всех цветов, кроме белого. Белые рубашки ассоциируются у меня с партийными работниками. (Смеется.) И вообще, мне кажется, что в одежде я не консервативный. Иногда посмотрю на своего друга Сашу Кретова, на какие-нибудь его розовые туфли и тоже надеваю. Но, правда, коричневые. (Смеется.)