Наощупь расстегиваю на нем рубашку, чтобы дотронуться до его груди, ощутить под ладонью взволнованное биение сильного сердца. Так мне нравится это ощущать.
— Быстрей… — шепчу ему в рот.
Рафаэль обхватывает меня горячими руками и аккуратно укладывает спиной на кровать.
— Ты хоть знаешь, как меня от тебя уносит? Как у меня внутри всё горит? — не могу замолчать, не могу.
— Горит? — бледная бровь дергается и Рафаэль опускается к моей шее и проводит по ней языком. Медленно ведет горячей ладонью по внутренней стороне бедра вверх и останавливается в нужной точке, едва поглаживая медленно проникает внутрь. Шепчет мне хрипло: — А ты и правда горяча…
А я целую его, прикусывая за губу. Поглаживаю пальцами красивое лицо.
— Рафаэль…
— Ну что?
— Я хочу сделать это с человеком.
Он приподнимается на руках и кривится.
— Нет, Фаола. Не сегодня, не сейчас. Когда-нибудь обязательно, обещаю.
— Хорошо, — улыбаюсь я.
Рафаэль целует ключицу, плечо. Обводит языком грудь. Слегка прикусывает кожу на боку и я вздрагиваю.
— Лгунья, — хрипло выдыхает он.
— М?
— Не любишь ты боль. Врушка.
Держит меня одной рукой за затылок, а вторую кладет на поясницу, когда полностью погружается в меня и тут же начинает двигаться. И закрыв глаза, я тону в огненном горячем море, потеряв последние остатки контроля над собственным телом, потому что контролирует его сейчас только Рафаэль. Я вся в его руках.
Вся его.
По движениям Рафаэля, по всё сильнее сдавливающим меня сильным рукам становится ясно, что его терпение сходит на нет, а на это место встаю вожделение, похоть, желание. Чувствую, как ему меня укусить хочется. Вцепляюсь ногтями ему в спину и хрипло выдыхаю, да и пусть его кровь загорится, да и пусть мы тут всё сожжем.
Рафаэль притягивает меня к себе и целует, не прекращая движений, сжав ладонью мое бедро. Волна жара прокатывается по телу заставляя стонать. Рафаэль поджимает меня под собой уже не сдерживаясь и вместо укуса жестко впивается мне в губы. Я горю, потому что он горит. Дышу, потому что он дышит. Мы как единое целое, он стискивает меня в объятьях и наши сердца будто пытаются добраться друг до друга.
— Люблю тебя, люблю, Рафаэль. Люблю… — шепчу я в забытьи, теряя себя в огненных демонических глазах.
Ложусь рядом, двигаюсь к нему и провожу рукой по белым волосам. Я понимаю - человек и его человеческие глаза пока не для меня. Пока.
Замечаю шрам на его запястьи. Шрам… от моего стилета.
— Ты не спал тогда семь дней - благодаря демону? — провожу пальцем по рубцу на его руке.
— Да.
— Почему лег тогда со мной, зная, что уязвим во сне?
— Забудь об этом, любовь моя, — отвечает Рафаэль, накрывая меня одеялом и поглаживая по затылку.
Любовь моя…
Я знаю, моя акула, что твоё сердце ещё во льду. Вижу, что прошлое тебе отпускать тяжело. Но я растоплю этот лед, отогрею. И никогда тебя не предам больше, никогда в жизни.
Никакой пышной свадьбы не было. Рафаэль не захотел. Поэтому через неделю мы просто тихо расписались в документах в городской администрации. Но это не избавило нас от набега… проклятых фанаток моего мужа. В день нашей тихой свадьбы канал “РафаэльЖжет” чуть не лишился доброй части подписчиков, потому что в меня бросили камень из той самой толпы фанатов. Не попали, но Рафаэль их реально всех чуть не поджарил, я не знаю как, но мне удалось его успокоить и увести. Но он ещё долго сидел в машине с пылающими глазами.
— Рафаэль, это дуры. Просто дуры.
— Убить всех, — зарычал он. — Винсент! Узнай, кто это сделал! Имя и адрес.
— Винсент, не смей! — возразила я.
Слуга прокашлялся, но не ответил ни Рафаэлю, ни мне. Потому что Рафаэль приказал ему слушаться и меня тоже, и в такие моменты, когда мы перечили друг другу, делая его крайним - Винсент предпочитал молчать.
Случались секунды, когда я начинала думать, что Рафаэль сомневается. Вначале он даже кольца мне не подарил. Но перед самым днем свадьбы на мой палец было надето страшно красивое платиновое кольцо с черным сапфиром. Рафаэль искал семейную реликвию по всему Жерреду. Как выяснилось - это было кольцо его матери. И мне это было бесконечно приятно.
Видимо, чтобы окончательно довести мою маму до сердечного приступа… Рафаэль поселился у нас. В поместьи фон Стредос. Который Рафаэль, глядя Урсуле в глаза, обещал переименовать под свою фамилию.
Винсенту удалось убедить Рафаэля не разрушать то, что построил Мер - перестать разваливать его бизнес, а начать получать с этого доход. Я же попыталась спросить Рафаэля - не хочет ли он восстановить Академию. На что он разразился таким бешеным и раздражающе долгим смехом, что я разозлилась. Он ржал как дикий минут пятнадцать и не мог успокоиться. Мне хотелось ему врезать. Зато потом Винсент тихо исподтишка сообщил мне, что Рафаэль выделил деньги на ремонт здания Академии.
Мама на удивление сносила все его выкрутасы. Терпела. Огрызалась порой, но замолкала, когда Рафаэль поворачивался к ней лицом.