– По-моему, это идеальная сделка, – Рейвен потянулся и положил руку на её грудь, подталкивая её ближе к постели. Оказавшись на шкуре, служившей ей в дороге, Алия развела бёдра, освобождая место для него между ними. Она откинула голову назад и закрыла глаза, она нуждалась в этом, она жаждала забытья, которое Рейвен готов был предложить, пусть даже ненадолго.
Алия оказалась нежной – и это было не то, чего Рейвен ожидал. Она оказалась открытой – и это тоже было не то, чего он ждал.
Она целовала его грудь не смущаясь того, что прикасается к телу едва знакомого мужчины, и когда подняла на него взгляд, в её карих глазах светилось такое тихое удовольствие, что руки Рейвена на мгновение замерли на её плечах. Этот взгляд затягивал его, эта хрупкая беззащитность обретала над ним власть.
Он опрокинул её на лопатки, в надежде вернуть себе то, что потерял. Её мягкое тело прогибалось под ним, её руки тянулись к нему и гладили его спину. Это не была та страсть, к которой он привык, и хотя это было не то мгновение, которое стоило тратить на то, чтобы думать, в голове Рейвена промелькнула мысль, что он больше никогда не сможет ей навредить.
Впервые оказавшись в постели – с женщиной или с мужчиной – он не чувствовал, что его используют. И это было странно, более странно чем всё, что произошло с ним с момента, когда он увидел эти карие глаза в первый раз.
У Рейвена было много любовников. Скорпионы не скупились на награды для своих бойцов и не стеснялись подбираться к своим жертвам через постель. Но это всегда было только удовольствие тела, больше ничего.
Алия была другой. Она искала в нём утешения – но даже в этом была чище, нежнее и доверчивей чем все, кого он раньше обнимал. И с каждым движением, с каждым толчком он всё отчётливей понимал, что больше не сможет её обмануть.
Потом он оказался на спине, и она лежала на нём, касаясь своей спиной его груди. Он выбрал это чтобы больше не смотреть ей в глаза. Рейвен чувствовал себя недостойным того, что только что произошло.
Он медленно двигался в ней, ловя каждую дрожь, каждое малейшее движение её тела, стараясь сделать всё так, чтобы она не пожалела ни о чём. И сам не заметил момента, когда потерялся в охватившем его странном чувстве тепла. Когда нарастающий поток стал оглушительным рёвом водопада, и они утонули в нём вдвоём.
– Что ж… что мы будем делать теперь?
Вопрос повис в раскалённом воздухе палатки. Кто-то должен был его задать.
Алия сидела к нему спиной, медленно застёгивая остатки своей магической робы: когда-то она, видимо, была униформой круга магов, но с тех пор претерпела множество изменений, подол был отрезан, чтобы не путаться в ногах при ходьбе и не пачкаться в лесной грязи, рукава стали уже, и то, что осталось, больше напоминало охотничью куртку очень странного покроя. Кожаные брюки под ней явно были трофейными и не совсем подходили к её ранимому девичьему лицу.
Алия медленно повернулась и вопреки ожиданиям Рейвена, когда их взгляды встретились, на её губах играло что-то похожее на улыбку.
– Полагаю, мне следовало бы спросить тебя о том же.
Рейвен, всё ещё обнажённый, до того лежал на земле, закинув руки за голову. Теперь же рывком сел и серьёзно посмотрел на неё.
Он мог бы попытаться придать этому ясность. Мог бы попытаться дать ответ на вопрос, которого не знал.
Но он видел в глазах эльфийки то же самое, что чувствовал сам.
– Что ж… – медленно произнёс он. – Я бы ответил, что решать тебе.
Он помолчал, ожидая ответа, прежде чем продолжить:
– Я привык срывать цветы удовольствия там, где их нахожу. Я ничего не могу тебе обещать. Но если ты хочешь… Если ты хочешь – всегда знаешь, где меня искать.
Той ночью, оставшись в одиночестве, Алия долго не могла уснуть.
Она думала о теле Рейвена, таком гладком, таком безупречном. О его руках – таких нежных и внимательных. О том, как он смотрел на неё, когда думал, наверное, что она слишком погружена в ощущения, чтобы это замечать.
Она больше не сравнивала. Хотя Рейвен разрешил ей думать о другом, ей это в голову не пришло.
Рейвен был таким как был. Великолепным, соблазнительным, похожим на тёплый южный бриз, желанным, как солёная морская волна, о которых она читала в книгах, но никогда не видела наяву.
Рейвен был собой и был чем-то большим. И когда он был так близко и его ножи лежали достаточно далеко, чтобы никто из них не мог до них дотянуться, он казался таким беззащитным… Алие хотелось стереть сомнение, колючими огоньками искрившееся на дне его глаз. Хотелось навсегда убрать из них страх, который ей самой был слишком хорошо знаком.
Алия выросла взаперти, под властью Стражей, в мире, где никто из них никогда не знал, не окажется ли завтра под пристальным вниманием, не будет ли усмирён.
Это трудно было сравнить с тем, что пережил Рейвен. С его жизнью, очевидно, полной приключений, новых лиц, мест и имён.
Но она чувствовала в нём тот же страх – оказаться ненужным завтра. Стать жертвой на заклании без всяких причин.
