А уж потом Сталин, а ещё лучше — Берия, нами бы поруководили — стране и народу на пользу. Причём руководство Берии было бы даже более плодотворным, чем руководство Сталина. И вот почему.

На первом пленуме ЦК уже КПСС, состоявшемся сразу после окончания XIX съезда ВКП(б), преобразовавшего ВКП(б) в КПСС, Сталин говорил, что работа министра в СССР — это тяжёлая мужицкая работа, и заниматься ею должны люди помоложе, чем товарищ Сталин. Берия же был ровно на двадцать лет моложе Сталина. Значит, ему бы — и карты в руки!

Работа по вытаскиванию России из двадцатилетнего «либерально» — «демократического» капитализаторского «болота» не может не быть воловьей, семижильной мужицкой работой. И товарищ Берия с его огромным талантом социалистического менеджера и его работоспособностью, очень бы нам в этом деле пригодился. Вот почему моя книга названа «Берии на вас нет!».

Берии на вас нет — чтобы показать, как можно и нужно работать в такой великой и богатой стране, как Россия!

Берии на вас нет, чтобы показать, как можно и нужно работать, руководя таким великим народом, как русский, лучше которого в мире нет при правильном им руководстве!

Берии на вас нет! Уж он-то, с его-то энергией и светлой головой, смог бы взять в свои руки разваленную ельцинским и постъельцинским Кремлём страну, смог бы собрать толковую, преданную Родине и народу «команду», смог бы дать все права в России здоровым, созидательным силам общества и вдохнуть обоснованные надежды в народ, ныне доведённый Кремлём до тупой социальной апатии.

Берия смог бы в считаные годы показать стране и миру, что может сделать настоящий человек дела, возглавляя Россию — бывшую вторую и потенциально первую державу мира, которую населяют потенциально самые талантливые и деятельные люди планеты.

Да, нет на вас, господа-товарищи, Берии, дабы на фоне его таланта дурь ваша всякому ясно видна была.

Нет на вас Берии.

И нет у нас Берии…

А что у нас, товарищи, есть?

Что ж, есть наша Россия — здесь и сейчас. И есть — желаем мы того, или не желаем — жёсткая дилемма: «Или социализм, или катаклизм!» Нравится это кому-то или не нравится, но у России — если она желает продолжаться в будущем, нет иной альтернативы, кроме социалистической.

Советская власть создала огромный запас прочности не только для трубопроводов, рельсов и линий электропередачи, но создала также уникальный запас прочности и в сфере человечности общества. Материальное наследие Советской власти изношено уже на 70 и более процентов. Уничтожено многое и из духовного наследия Советской власти. Однако все либеральные «реформы» пока что не убили в народной массе способности к состраданию, к объединению и к взаимному сотрудничеству.

Вместе с тем очень уж многое порушено антинародным Кремлём за последние двадцать лет, очень уж окрепли за эти двадцать лет силы разрушения, общественной подлости и гнили.

Нам нужна новая социалистическая Россия. Но возможна ли она, или мы уже проскочили «точку невозврата» и теперь лишь движемся к социальной катастрофе того или иного масштаба с теми или иными, но обязательно ужасающими последствиями?

Не опоздали ли мы?

Уже сегодня нам надо собрать в кулак все силы, а у нас нет ни сил, ни кулака, ни простёртой вперёд уверенной руки, указывающей верный курс, в который бы поверили частью смятённые, частью изверившиеся и апатичные массы.

Сегодня наиболее важным оказывается даже не вопрос «Что делать?», а вопрос: «КОМУ делать?»

Общественная ситуация в «Россиянии» удручает настолько, что сами собой приходят на ум слова: «Бывали хуже времена, но не было подлей». Эти слова с предельной жёсткостью и точностью описывают нашу реальность, причём ключевым оказывается слово «подлей».

Эх, где вы, товарищ Берия?!

В истории России тяжёлых времён насчитывается с избытком. И по сравнению с ними сегодня не приходится, по крайней мерепока, говорить, например, о голоде (хотя в ряде регионов отмечаются явления дистрофии), об эпидемиях (хотя их вероятность постоянно возрастает), о широком распространении вопиющей нищеты (хотя мы уже имеем неединичные примеры её) и т. д. Так что времена хуже, чем нынешние, у нас бывали.

Иное положение с масштабами общественной подлости — тут ничего гаже и подлее, чем сейчас, в истории России не было. Уровень общественной подлости определяется прежде всего имущей «элитой», а также — «образованными» слоями общества. Дореволюционная российская правящая «элита» отличалась особенной наглостью, а дореволюционная «расейская» «интеллигенция» не была бедна традициями социального соглашательства и холуйства. Однако «постсоветские» «россиянские» «элита» и «интеллигенция» оставили своих давних предшественников далеко позади и побили все мировые рекорды социальной и исторической подлости.

Перейти на страницу:

Похожие книги