Всё «красное» объявляется чёрным, зато всё чёрное и гнусное объявляется непорочно белым. Беспринципность становится жизненным принципом. Тот, кто позволяет себе роскошь вести себя как человек, оставаться самим собой, всё более превращается в «образованной» среде даже не в белую, а в
Но когда эти гневные слова были сказаны впервые?
Вот то-то и оно!
Сами эти слова — точная цитата из части первой «Юбиляры и триумфаторы» сатиры Николая Алексеевича Некрасова «Современники» (1875–1876 гг.):
Такой была «элитная» Россия второй половины 70-х годов XIX века. Тем не менее достаточно заменить в некрасовских строках кучеров на шофёров, чтобы строки выглядели написанными как будто вчера.
Но что же за книгу имел в виду великий русский поэт? Где отыскались такие обличительные слова? Они принадлежат одному из персонажей рассказа «Счастливые люди», вышедшего из-под пера Надежды Дмитриевны Хвощинской, писавшей под псевдонимом «В. Крестовский». Как будто о сегодняшнем дне России, тогда было сказано:
«Чёрт знает, что из нас делается. Огорчаемся с зависти, утешаемся ненавистью, мельчаем — хоть в микроскоп нас разглядывай! Чувствуем, что падаем, и сами над собой смеёмся… А? Правда? Были времена хуже — подлее не бывало!»
Всё это было сказано о капитализирующейся России второй половины 70-х годов XIX века. И любой якобы образованный «россиянин» академического толка может сразу же заметить, что после такой горькой констатации Россия ведь пережила бурный рост промышленности, экономики и т. д. Так что, выходит, «зоилы» не очень-то были правы?
Увы, они были правы!
А чтобы убедиться в правоте давних обличений по отношению к царской частнособственнической России, достаточно вспомнить доклад
«Все без исключения страны опередили нас в несколько десятков раз. Нас даже опередили Балканские государства. Потребление чугуна в Соединённых Штатах — 14 пудов на душу, у нас — 1 пуд. Потребление каменного угля в Соединённых Штатах — 238 пудов, а у нас — около 10 пудов… Государственная задолженность… Наши займы, к сожалению, займы в значительной степени внешние (внутри России у нищего народа власть ничего занять не могла. —
