Вампир смутился. Нет, правда смутился. Или хорошо притворился. Он же сказал, что не сожалеет. Но это не помешало ему потупить глаза и присесть на край кровати.
- Юля, ты прости меня пожалуйста, но у меня не было выбора. Тебе надо было согреться и сбросить напряжение. И я не пил твою кровь. Чем хочешь клянусь. Я не лез к тебе в голову и не применял ничего из моих способностей. Но это было необходимо. Ты умерла бы, если бы я не…
Дальше я слушать не стала.
- Баста!
Вампир удивленно взглянул на меня.
- То есть?
Я не удержалась от подколки.
- Дед говорил мне, что после боя нет ничего лучше ста грамм и секса. Знаешь, мне кажется, что секса у нас было побольше ста грамм. И я на тебя не сержусь. Вряд ли я смогла бы действовать так решительно на твоем месте. Кстати, я-то тебя не покусала? Я все помню очень смутно, но мне кажется, что заниматься со мной сексом, пока я билась в истерике, было так же безопасно, как и с газонокосилкой.
Вампир широко улыбнулся.
- Секса у нас действительно было побольше. Ты меня не покусала, хотя пара царапин у меня и остались на память. Я тебе их как-нибудь покажу. Потом ты отключилась, а я позвонил твоей подруге и сказал потратить деньги на одежду, телефон и штуки три сим-карт, потому что продукты мы уже купили. Надя уже приходила и ушла. Сейчас почти два часа дня.
- Я так много проспала? Минутку, а как ты ей позвонил? Ты же не знал телефона!
- И что? Ты же ей звонила. Мне осталось просто повторить набор.
Я почувствовала себя полной дурой. Все гениальное просто. Пришлось перевести тему.
- Я чувствую себя лучше, чем ожидала.
- Это хорошо. У нас на сегодня большая культурная программа.
- Как мило. Тебе не кажется, что ты должен мне откровенный разговор?
Я решила ничему не удивляться. Вампир так вампир, крокодил, так крокодил. Если сейчас из-под кровати вылезет Николай Второй и сделает мне предложение руки и сердца - я не грохнусь в обморок, а пообещаю поразмыслить над его словами. Я рехнулась? Возможно! Но чтобы это выяснить, надо сначала дожить до визита к психиатру. Так что спокойствие - и вперед!
- Как скажешь, - покорно отозвался Даниэль. - Что ты хочешь услышать?
- Для начала – что я могу накинуть, чтобы сходить в туалет. Все остальное я выслушаю потом.
Изумление на лице вампира стоило многого. Потом он тряхнул головой и засмеялся. Я улыбнулась в ответ. Даниэль смеялся вовсе не так, как Андрэ. От его смеха мурашки по коже не бежали. Наоборот, было весело и легко, как будто по комнате летали огромные мыльные пузыри.
- У тебя интересная логика.
- Это не логика, а естественные потребности организма.
- Тебе помочь?
- Попробую сама справиться.
Я вылезла из-под одеяла и попыталась встать на ноги. Это далось нелегко, но я удержала равновесие. На мне была одета старая майка с вытянутым и поблекшим от частой стирки рисунком микки-мауса. Определенно Надина. Сама я ничего подобного не надену. Конечно одежда для меня не главное, но я терпеть не могу вещи с рисунками. У каждого могут быть свои маленькие причуды, так? Наверное, этот кровопийца воспользовался моим бессознательным состоянием. Хотя он же не знает о моих привычках. Обычно я не слишком откровенна, а вампира вообще вижу второй раз в жизни.
Я натянула протянутые мне новенькие джинсы, цапнула со стола мыло, а со стула – полотенце, предусмотрительно положенные и поставленные вампиром, - и направилась в туалет, кое-как придерживаясь за стеночку. Общага, слава Богу, такое место, в котором хоть слона на поводке води – не заметят. Мало ли к кому я пришла. И мой бледный вид ни у кого вопросов не вызвал. Тут у трети народа такие же морды, после визита птички «перепел».
Я немного подумала - и решила принять душ. Долго стояла под струями горячей воды, чувствуя, как во всем теле быстрее бежит кровь. Вымыла волосы душистым мылом и тщательно высушила их полотенцем. Мне ужасно хотелось избавиться от запахов подземелья. От запахов вчерашней ночи. А еще – под горячей водой мне просто замечательно думалось. Вспоминались события прошедшей ночи – с самого начала.
Итак!
Святая вода.
С этим больше нет вопросов. Вампирам она – как мне серная кислота. Если тот же Дюшка мне попадется в руки, я просто его залью до полного растворения.
Молитва?
Катька определенно очнулась после святой воды и моей пародии на «Отче наш». Хотя почему пародии? Пусть я ничего не знаю о молитвах! Зато я молюсь делом! И вообще, для веры не надо быть священником. Вера – она внутри, а не снаружи. Когда вся эта история кончится, если уцелею, схожу в церковь и серьезно поговорю об этом, а пока не до того. И вообще, кто-то мне рассказал в свое время сказку.
Жила в давние времена женщина. Танцовщица. И не христианка. Никаким боком. Цыганка? Женщина с востока? Она и сама не знала. Она танцевала на площадях, а ей за это бросали монетки. Тем и жила. Конечно, ее схватили монахи и хотели сжечь. Но даже ведьмам положено последнее желание. И она попросила дать ей станцевать в последний раз. На площади все было готово. Костер, монахи – и, конечно, у одного из них в руках был крест.
