— А это кто? — поинтересовался Крис. Вероника удивленно посмотрела на него, потом на своих спутников.
— Аристократы, погибшие ночью во время нападения на отель. Я думала, ты их имеешь в виду, говоря о погибших. Разве умер кто-то еще?
Крис, нахмурившись, перевел взгляд с Вероники на сопровождавших ее мужчин.
— Вы шутите, мисс Куиллс? Разве вы не слышали о чем говорят все эти люди?
— У нас не было времени на расспросы, — ответил за девушку Александр, почувствовав, как сжалось его нутро в недобром предчувствии. — Ночью умер кто-то из жителей деревни?
— Мистер Райс, — тихо ответил один из приятелей Криса. Он был бледен и не сводил взор с причала. — На рассвете наши родители заметили как «Персефона» всплыла на поверхность и вышли на берег. Там они и нашли мистера Райса. Он захлебнулся.
— Что? — воскликнул Оливер. — Чарльз Райс, которого мы знаем?
— Других Райсов у нас нет, разве что его сын, работающий в отеле официантом, — ответил Крис. — Мой отец отправил людей на его поиски, как только понял, что Райс не дышит. Он все утро провел в доме Райсов, улаживая вопросы погребения и разговаривая с соседями, пришедшими высказать соболезнования. Мы сами только что оттуда.
— Господь всемогущий! — пробормотал профессор. — Это становится похожим на кошмарный сон. Только этого нам и не хватало. Чарльз Райс…
— Шарль Эдуард Делорме, — тихо напомнила ему Вероника, в то время как Граланд позвал своего сына и ребята ушли. — Рулевой вернулся на свой пост.
Тратить слова на согласование дальнейших действий не пришлось. Все трое, не сговариваясь, развернулись и спешно двинулись в сторону хижины, в которой побывали накануне вечером. Там царила печаль. Мистер Райс, по всей видимости, был уважаемым членом местного общества: его жилище превратилось в такое же оживленное место, как и побережье Миссисипи. Будучи ошарашены видом буксируемой «Персефоны», англичане даже не заметили скопления людей в той части деревни, где располагался дом Райсов. Соседи один за другим выражали соболезнования раздавленному горем Томасу Райсу.
Заметив появление Александра, молодой человек пробился к нему через толпу, но, подойдя поближе, не вымолвил ни слова. Вероника протянула ему руки, выражая поддержку, профессор ободряюще похлопал парня по плечу.
— Мы только что узнали о том, что произошло с вашим отцом, Томас. Вы даже не представляете, как обескуражила нас эта новость.
— Что с ним случилось? — произнесла Вероника. — Говорят, он утонул, но…
Вместо ответа Томас молча покачал головой и жестом пригласил последовать за ним. От удивления, журналисты даже не сразу среагировали, но, в конце концов, вошли в хижину под любопытными взглядами всех присутствующих.
Войдя внутрь, они с облегчением увидели, что тела Чарльза Райса в доме не было. По-видимому, сотрудники ритуальной конторы уже забрали его, чтобы подготовить к похоронам буквально несколько минут назад — в помещении повсюду были разложены погребальные венки.
— Томас, — обратился профессор к закрывающему входную дверь молодому человеку, — я понимаю, что ты сейчас в шоке от происходящего, но, поверь, мы тоже. Если бы мы знали, что по нашей вине может случиться нечто подобное… что из-за того, что мы разворошили всю эту историю с «Персефоной»…
— Не стоит беспокоиться из-за этого, — хриплым голосом ответил Томас. — Я позвал вас не для того, чтобы обвинить в смерти отца. Я знаю, что вы тут ни при чем.
— Если бы мы могли быть столь же уверены в этом, как и ты, — тихо добавил Оливер.
Медленно, словно постаревший на тридцать лет, Томас подошел к креслу, на котором еще вчера сидел его отец и рассказывал историю капитана Вестерлея и Мюриэль Ванделёр. Плетеная корзина все еще стояла на столике, правда, гороха в ней уже не было. Томас хранил молчание, пока Александр не подошел и не сел напротив него.
— Один из приятелей Кристиана Гарланда рассказал, что вашего отца нашли на берегу Миссисипи, — почти шепотом заговорил профессор, — и что лежал он лицом в грязь…
— Значит, он утонул в реке, — пробормотала Вероника, глядя на Оливера. — Он выжил после кораблекрушения, выиграв у судьбы почти полвека жизни… но, в конечном счете, его поглотила та же вода, что и бриг.
— Это был прискорбный несчастный случай, — согласился Александр. — Полагаю, что вновь увидеть «Персефону», наблюдать за тем, как она, словно призрак всплывает на поверхность, настолько ошеломило его, что он слишком близко подобрался к воде. Подобная картина оказалась слишком сильным испытанием для вашего отца. Скорее всего, он потерял сознание и упал лицом вниз, а рядом не было никого, кто мог бы ему помочь.
— Совершенно верно, именно так все и думают, — ответил Томас, — и я приложу все усилия, чтобы они продолжали так думать. Необходимо сделать все возможное, чтобы никто не узнал правду. Мой отец всегда был истинным христианином, и я не хочу, чтобы единственный неверный шаг воспрепятствовал достойному захоронению.
— О чем ты говоришь? — ужаснулась Вероника. — Ты подозреваешь, что на самом деле он…
