Выругавшись, я подумал вначале уступить ей кровать, но… она ж ведь гордая! Так что, вздохнув, я разобрал кровать и принялся рыться в своей сумке, пытаясь определить, что мне понадобиться сейчас, и следовательно, что нужно вытащить и оставить на видном месте, а что можно оставить валяться в сумке, а саму сумку запихнуть под кровать. Таким образом в шкаф перекочевал свёрток одежды, несколько вещей, а за телевизор я поставил гитару… ну а куда я без неё?
Вернувшись, Люрика, даже не посмотрела на меня, а только молча залезла под одеяло.
Ещё раз вздохнув, отправился в ванну.
Через пол часа по квартире вновь разлилась тишина, и стал господствовать мрак.
Сквозь опутывающую меня дрёму я слышал, как ворочается на диване Люрика, пытаясь устроиться удобнее. Демоница чёртова! Я вздохнул, перевернулся на другой бок, закрыл глаза и…. Скрипя зубами, встал с кровати, чуть поморщившись, когда ступни просто обжёг ледяной пол.
И надо же было моей совести выйти из летаргического сна именно сейчас, когда жизнь столкнула меня с этой демоницей!!!
Девушка даже сообразить ничего не успела, только тонко взвизгнула, когда я поднял её на руки вместе с одеялом. После чего, пока она словно рыба открывала и закрывала рот да хлопала на меня глазами, перетащил на кровать, отодвинул к стенке и завалился сам, повернувшись к ней спиной.
Совесть внутри довольно что-то проворчала, а потом свернулась клубочком и захрапела.
— Ты что себе позволяешь?! — запоздало возмутилась Люрика, и я почувствовал, как прогнулась кровать. Видно, девушка собралась вылезать.
Рыкнув, развернулся, подтащил её к себе, обнял, чтоб не рыпалась и, уткнувшись носом в её всклоченные волосы, упоённо вздохнул:
— Спи, а!
— Но… — что она там дальше говорила, я слушать не стал. Усталость брала своё. Да ещё и грелка такая под боком мягкая появилась.
Уже засыпая, понял, что девушка в кольце моих рук заворочалась, но не что б уйти, а что б лечь более удобно. Чуть ослабив хватку, позволил ей перевернуться, а потом вновь уткнулся носом ей в волосы-пружинки и мгновенно уснул, отправившись в объятия пустоты и темноты.
Все плохое когда-нибудь кончается.
И начинается чудовищное.
Люрика
Проснувшись, я немного ещё полежала с закрытыми глазами, наслаждаясь этим состоянием, когда тело ещё до конца не отошло ото сна и находится в какой-то сладкой истоме, и потянулась. Точнее попыталась. Одна рука спокойно вытянулась, а вторая нет. Я попробовала перевернуться на спину, но и этого не вышло. Что-то держало. Так! Что за фигня?! Я резко распахнула глаза, пытаясь понять, что же такое произошло, и увидела перед собой грудь… мужскую….
Прежде чем понять, я долго думала, часто моргая. И где-то через весьма продолжительный срок до меня дошло осознание. Нда… я, конечно, знала, что у меня по утрам бывает экстренное торможение мозга, но что б настолько! Настолько, что б не понять, что эта самая грудь, что перед моим носом, принадлежит ни кому иному, как Мери, который спокойненько сопит в две дырочки, по-хозяйски обнимая меня за талию обеими руками.
Я подумала, посмотрела на его расслабленное лицо и не стала вырываться. Только прикрыла глаза и попыталась тоже снова заснуть. Ведь Иртеко придёт только вечером, и нам всё равно делать нечего! А так есть возможность отоспаться! Только сон почему-то не шёл. Но, лежать так было как-то слишком уж удобно, даже подозрительно. Я приоткрыла глаза и осмотрела своё положение. И пришла к выводу, что…. Ну, в общем, к неудешительному выводу!
Парень глубоко вздохнул, придвинул меня ближе к себе, уткнулся носом мне в макушку и продолжил спать.
Ангелы и архангелы, я у него что, за мягкую игрушку что ли?! Я ж ведь не плюшевый медвежонок, я девушка!
Архангелы и вся поднебесная, Люрика прекращай морозить чепуху! А то ты сейчас до чего-нибудь додумаешься, что потом…. Что потом — я додумывать не стала. Только сглотнула и подумала, что неплохо бы сейчас встать под холодный душ, чтоб из моей головы вылезли навсегда эти крамольные мысли. Только под душ я не вылезла. Сколько не уговаривала себя прекратить валять дурака и уйти.
Что-то сейчас будет! Той частью, где обычно шило, чую!!!
Не думая, что делаю, я осторожно подняла руку и провела ею по плечу парня, ощущая тепло. А потом не удержалась, обняла его и уткнулась носом ему в грудь.
Вот сколько раз уже за эти пол года, что он и компания ангелов учится в нашей академии, я ревела в рубашку на этой самой груди. Раньше я никогда не позволяла себе плакать. Даже с друзьями. Хотя Саймон тоже иногда выступал у меня в роли жилетки, но я не плакала тогда, просто сидела, уткнувшись в его плечо. А сейчас…. Друзья, с которыми я знакома почти пятнадцать лет, видели, как я плачу, только считанные разы. А этот ангел недощипанный…. Я себя не понимаю! Почему я ему верю? Доверяю, как никому другому никогда не доверяла? Почему именно он? Почему именно ему я открылась настолько, что он знает меня почти всю?
Одни сплошные вопросы, на которые нет ответов…. Или есть?..
