— В леса уйду явьи, буду там природу слушать. Невмоготу мне тут находиться. Думал, что во мне есть что-то мёртвое, от того и тянет в Навь. Но на самом же деле — мёртв я сам, а внутри теплится частичка живого. — Чернобог снял себя зазубренную на концах корону и положил её на трон.
— Так не пойдёт. — произнесла Морена. — Срок свой отмеченный тут должен пробыть, опосля и воротишься, когда первые снега сойдут.
— Ты гляди, Морена, чего в Яви учинишь, головы тебе не сносить! — Чернобог громко рявкнул и указал на высокие двери. — Ступай, неси своё предназначение.
Первые снега легли в Яви аккурат в тот день, когда изба Яглы была готова. Да такая ладная и необыкновенная она получилась: небольшая аккуратно срубленная домовина возвышалась над землёй на четырёх толстых корнях деревьев, точно на лапах — для устойчивости, да от паводка.
— Беломир, вот это избушка! — диву давалась Ягла, обходя своё новое жилище вокруг.
— Избушка на курьих ножках. — захохотала Купава, кутая свой нос в воротник полушубка.
— Справились, Яга? — Беломир, довольный проделанной работой, стоял рядом со своей супружницей, бросая на неё нежные любящие взгляды.
— Справились, Беломир, справились на славу. Сегодня уже тут заночую. — Ягла раскинула руки в стороны и закружилась на белом снегу, радостно смеясь.
Святогор и Василиса резвились в сугробах, уворачиваясь от летящих друг в друга снежных комков. Беломир с Купавой стояли обнявшись, а Ягла всё кружилась-кружилась, в первый раз не думая ни о чём.
Оставшись одна-одинёшенька, Ягла принялась изучать своё новое жилище. По-обыкновению, в нём была и печь, и стол, и лавки, а также сундук со всем добром из её старой избы. Токмо туда добавилась ещё и блестящая тёплая медвежья шкура, заботливо уложенная Беломиром на самое дно. Ягла провела по гладкому меху замёрзшей рукой, и недавние события промелькнули перед её глазами, точно было это всё, как-будто вчера. Велеслав не покидал её мыслей ни на миг, но девушка и словом о нём не обмолвилась, с тех пор, как он воротился в Навь. Купава в своей манере часто разводила руками, пытаясь вывести Яглу на разговор, то та оставалась непреклонной, стараясь выказать равнодушие. Натопив печь, Ягла наготовила разных кушаний, и принялась за трапезу. Лучина тускло освещала домовину, тихонько, потрескивая. Безмолвие нарушал лишь ветер, который завыл за оконцем необыкновенно сильно. Ягла отставила от себя горшочек с похлёбкой, подошла к двери, чуть её приоткрыв, и принялась всматриваться в непроглядную мглу и вслушиваться. Девушка почуяла, что кто-то совсем посторонний находится рядом. Накинув на себя тулуп, Ягла прошмыгнула за дверь. Неподалёку, когда глаза уже привыкли к темноте, девушка заметила тёмный силуэт. Спустившись по шаткой лесенке, Ягла спрыгнула на землю, утопая по щиколотку в снегу, и уверенно зашагала навстречу. Перед ней всё отчётливее проявлялась невысокая женская фигура с бледным лицом, в тёмном одеянии.
— Ну, здравствуй, Ягла! — холодно проронила незнакомица.
— Яга я! И тебе, здравствуй. — Ягла ответила точно таким же ледяным тоном.
— Кто позволил на границе миров домовину ставить?
— Мне ничьёго позволения не надобно, чай сама себе хозяйка! — Ягла держалась отстранённо и настороженно.
— Мореной меня звать.
Сердце Яглы пропустило удар.
— Зачем явилась ко мне?
— Любопытно стало, что в тебе нашёл Чернобог. — Морена стала приближаться, внимательно оглядывая Яглу.
— Если это всё, то я пойду. — Ягле хотелось убежать, скрыться, чтобы не слышать о нём больше ни слова.
— Обожди, Яга! — ухмыльнулась Морена, ветер завыл сильнее.
Ягла остановилась, кинув презрительный взгляд на незваную гостью:
— В избу приглашать не стану. Говори, что хотела и уходи. Навкам тут не место.
Морена начала кружить вокруг Яглы, выискивая в ней, сама не зная чего. По мнению Морены, этой девушке недоставало стремления. Увидела она и красоту Яглы, и ум оценила, а вот то, что она избегает разговоров о любимом своём — нет.
— Обозлилась на Чернобога, знать? — Морена остановилась, усмехаясь и потешаясь.
— Не твоё дело! — огрызнулась Ягла, развернулась, и зашагала по направлению к избушке.
Морена не смогла стерпеть такой дерзости по отношению к себе. Она вытянула вперёд свою длань и начала водить по кругу длинными тонкими пальцами, призывая ещё пущие ветра. Перед Яглой образовалась снежная воронка, девушка была вынуждена остановиться и замереть на месте. Налетевший поток снега свалил Яглу с ног. Упав навзничь, она попыталась встать, но, тут же, на неё снова посыпался рыхлый холодный снег, заставляя её прикрывать покрасневшее лицо замёрзшими руками.
— Не умеешь бороться, да? — громко рассмеялась Морена, не скрывая своего удовольствия от увиденного. — Оно и понятно. Иначе, своего бы не упустила.
— Мне не за что бороться, навка проклятая! — Ягла, собрав всю волю в кулак, рывком поднялась с промозглой земли, выпрямилась и направила свой взгляд точно на Морену.
