— Я ее видела. Она нереально красива и изумительно поет, — Ирэн не завидовала Даре, она понимала что каждому свое. Пусть у нее и нет такой красоты, зато есть тот, кого она любит и кто любит ее… — Подумав и сопоставив услышанные ранее от Ковало обрывки фраз Ирэн произнесла, — Так это ее Гер держал у себя?
— Ирэн, ты обещала не влезать в мои дела, — сухо произнес Ковало.
— Дорогой, это уже не твои дела. Это любовные дела, а в них может разобраться только женщина.
— Да какие любовные. Она с Шадором, а Полонский женится на Лере. И при чем здесь любовь? — все эти "любовные дела" были для Ковало непонятны. Он знал четкие факты и привел их.
— Шандора она ненавидит. А Полонский не любит Леру… и я видела, как Гер смотрел на цыганку, когда она пела.
Еще раз зачерпнув снега и протерев лицо, Ковало посмотрел на Ирэн. Он чувствовал, что его мозг закипает от путаницы всего происходящего.
— Откуда ты знаешь, что цыганка ненавидит Шандора?
— Я видела ее взгляд на него. Поверь, я женщина и вижу такие вещи, чувствую их… Она ненавидит Шанора… и она любит Гера… — Ирен нервно полезла в карман за сигаретами, только сейчас осознав трагизм происходящего. — Зачем Гер женится на Лере?
Вопрос прозвучал как выстрел, и Ковало, припертый к стенке таким тоном, на автомате произнес:
— Лера ждет от него ребенка.
— Это ложь. Я знаю Леру. Лживая сучка. И она явно не беременна… — вспоминая Леру, Ирэн еще раз анализировала ее проведение. Нет, Лера лгала, она не беременна. Ирэн чувствовала это интуитивно.
— Молчи. Слышишь молчи обо всем этом, — Ковало захотел окунуть голову в сугроб, так как мозг уже закипел от полученной информации.
— И как они дальше будут жить? Гер ведь не любит Леру… он любит цыганку, — теперь вся картина происходящего выстроилась и сложилась. Это как паззл: то, что она слышала от Ковало раньше, и сегодняшние наблюдения — их взгляды, жесты, глаза. Да. Гер любит цыганку, и она любит его. Только они не хотят это признавать. Что произошло между ними? Почему такая пропасть между теми, кто любит?
— Молчи. Ты обещаешь мне? — Ковало развернул за плечи Ирэн и заглянул ей в глаза.
— Да, — ради него она могла сделать все.
Он накрыл ее губы в долгом поцелуе, думая о том, что поступил правильно, когда сказал сделать тест на отцовство умершего ребенка Дары.
Принимая поздравления от гостей, Лера ощущала себя поистине счастливой. Она поняла, что все ее мечты осуществились. Это было как в сказке, но только сказка стала реальностью. Она всегда хотела выйти замуж за богатого мужчину, хотела пышной свадьбы, фотографов, прессу. Она мечтала быть в эпицентре внимания и сейчас, стоя в невероятно роскошном свадебном платье под вспышками фотокамер, понимала, что счастлива. Она наслаждалась этим ощущением безграничного счастья. Теперь у нее есть все: богатый муж, много денег, известность и возможность не думать о будущем.
Наблюдая весь этот фарс, Галочка знала, что скоро насладится финалом этой пьесы. Но самое приятное то, что она — ее режиссер. Ее постановка была грандиозна и прекрасна своим трагическом финале. Как произойдет этот финал, Галочка уже проработала в своем мозгу, а сейчас решила внести в эйфорию подруги небольшую ложку дегтя, видя, как та купается в бочке с медом.
Протиснувшись между гостями и видя рядом корреспондентов желтой прессы, Галочка громко произнесла:
— Поздравляю, дорогая, с этим событием. Как ваш ребенок? Ему ведь уже два месяца?
И что тут началось. Корреспонденты, услышав такую информацию, как коршуны закружили вокруг Леры, наперебой спрашивая о ребенке. А Лера, понимая, что заранее не подготовила варианты ответов на эти вопросы, запинаясь, отвечала, не зная, что говорить. Но потом, вжившись в роль беременной, она стала чувствовать себя увереннее и рассказывать о планах по воспитанию малыша, его будущей школе, в какой институт заграницей он поступит.
Даваясь от смеха, Галочка слушала речи Леры и понимала, что ее час еще настанет. Улучив момент, когда Лера пошла к своему месту за столом, Галочка подхватила ее под руку.
— Так как ребенок? — спросила она.
— Прекрасно. Мы ему и имя уже придумали. Вернее, я. Я хочу назвать его Артур. Артур Полонский — звучит прекрасно.
— Лерочка… думай, — Галочка дернула ее за рукав платья.
— О чем? — Лера захлопала накладными ресницами.
— О том, что ты не беременна.
Лицо Леры омрачилось.
— Но я перестала пить противозачаточные… правда, пока ничего не выходит.
— Ты мне рассказывала о неудачном аборте в юности. Что сказали врачи?
— Шансов иметь детей очень мало… но прошло столько времени. И я думала…
— Дорогая, у меня есть знакомый врач в очень хорошей клинике. Поедем к нему. Он волшебник. Только тянуть с этим не надо. Ведь третей месяц твоей беременности пошел.
— Спасибо тебе, дорогая. Чтобы я без тебя делала. Чмоки. Позвони мне, как договоришься с врачом.
Лерочка, понимая, что проблема решена, пошла к столу. Теперь эйфорию ее праздника уже ничто не омрачало.
