Противостояние полностью

Трилогия

Книга вторая

Все права защищены. Любое копирование разрешено только с письменного согласия правообладателей

Перевод с немецкого Милены Арутюновой при участии Петра Абрамова

Издание исправленное

Original published as: Kai Meyer «Die Seiten der Welt. Nachtland»

© 2015 by Kai Meyer For German edition © 2015 S. Fisher Verlag GmbH, Frankfurt am Main

© ООО «Издательство Робинс», перевод, издание на русском языке, 2017

Вот уже несколько недель Фурия благоухала книжным ароматом: она была на верном пути превращения в первоклассную библиомантку. Её веснушчатая кожа пахла бумагой и переплётным клеем, от длинных светлых волос веяло типографской краской. Этот запах она полюбила ещё ребёнком, когда часто проводила время в залах, полных книг. Можно было подумать, что она впитала аромат своего окружения. Но нет: он исходил от её тела, как если бы она сама превращалась в фолиант.

Даже сейчас на улице она улавливала этот запах.

Всё выше и выше карабкалась она по низкому каменному отвесу, оставляя внизу узкие улочки Либрополиса. В городе сгинувших книжных лавок бесчисленные столбы дыма дорастали до самого серого неба и, словно плющи, уходили корнями в кирпичные трубы домов. Перед Фурией зияла трёхъярусная пропасть. Там, внизу, в гетто, через толпу чёрного рынка просачивались экслибры, выпавшие из разных сочинений.

– Ты точно сумеешь? – спросила Изида Пустота. В прошлом агент Адамантовой Академии, она стояла теперь на коленях бок о бок с Фурией и вглядывалась в переулок внизу.

– Саммербель меня здорово натаскала.

– Конечно, – в голосе Изиды послышались нотки пренебрежения, – Саммербель – блестящая библиомантка. Но всё может обернуться значительно хуже того, чего она нахлебалась в повстанческом лагере у братьев-бородачей, которых называют и братьями-бардами.

– Она утверждает обратное.

– Просто выпендривается.

Фурия взглянула на Изиду искоса:

– Я справлюсь, правда!

Изида скривила рот – в последние часы её мимика выдавала всё то же истощение, как и любое движение. В уголках глаз прорезались новые морщинки, по одной на каждый из шести месяцев, которые миновали со дня её поединка с Интригой. Её белокурые волосы были затянуты в тугой хвост, а волоски на руках стали почти прозрачными. Это была красивая женщина лет тридцати пяти, но в её чертах обозначилась преждевременно старящая её суровость, особенно после того, как она переметнулась на сторону противника и примкнула к движению сопротивления против Академии.

Вот и теперь в её взгляде читалась тревога. Очевидно, её мысли вращались вокруг того, что происходило в переулке внизу. Или, лучше сказать, вокруг того, чего там не происходило.

– Уже давно пора бы начать, – пробормотала она. – Что-то Финниан опаздывает.

– Пока не вылупятся пиявки, у него связаны руки, – возразила Фурия, нахмурив лоб. Ей казалось, она непременно должна взять Финниана под свою защиту после того, что он вынес за последние три месяца.

Hirudo librorum, пиявка книжная обыкновенная, является прожорливой родственницей книжного червя Vermis librorum, и горе той библиотеке, которую она изберёт для своей трапезы. Пару недель назад Финниан распространил несколько килограммов икры в комплексе зданий на противоположной стороне улицы, и сегодня как раз настал тот день, когда книжные пиявки должны были появиться на свет. Жизненный цикл этих микроскопических паразитов-однодневок можно было рассчитать до минуты, однако лишь при условии, что точно известно время, когда были отложены яйца. В этом отношении Фурии и Финниану пришлось положиться на сведения жадного до наживы коротышки, разводившего пиявок в одном из убежищ внизу. Без лишних вопросов он заграбастал увесистый гонорар и растворился в толпе базара, где состоялась сделка.

Соответствуй его информация истине, Hirudo librorum полагалось бы вылупиться уже девять минут назад. Всё было готово, каждый на своём посту, оставалось лишь воспользоваться предстоящим хаосом. Вот только хаос никак не хотел наступать. Своих сомнений относительно их миссии Изида не выдавала ни единым намёком. По-видимому, это объяснялось тем, что шансы на успех и без того равнялись нулю. Фурия, как и Изида, отлично осознавала, что их предприятие могло потерпеть фиаско, толком даже не успев начаться. Иллюзий по этому поводу не питал никто: ни Фурия с Изидой, ни Кэт с Саммербель, ни тем более Финниан, который нёс наибольшую ответственность.

Над лабиринтами переулочков в поселении навис гул: бесчисленные голоса смешивались с сонмом шагов на мостовой, хлопаньем дверей и окон, звяканьем велосипедных звонков и стуком лошадиных копыт. В поселении экслибров редко когда мелькнёт оснащённая мотором повозка, бывает, то там то сям прогудит мопед, ещё реже прогрохочет грузовик. Зато частенько нет-нет да и протиснется сквозь густую толчею улиц трёхколёсный скутер «Пьяджо»[1], изящный ровно настолько, чтобы не застрять в пробках.