Фурия медленно двинулась к малышке. Она сделала несколько шагов в глубь зала, оставив отчётливые отпечатки подошв в пыли.
– Ты скажешь нам, как тебя зовут?
– А вы сможете мне помочь?
– Сначала имя, – потребовала Кэт.
– Юль, – сказала она. – Без «Я». Почти как месяц «июль».
– Хорошо, Юль, – кивнула Фурия, от девочки её отделяли всего два шага. Ни следа библиомантического излучения. – Где остальные?
– Барон умер. Фейт с Рашелью ушли, а…
– Погоди! – перебила её Фурия. – Барон Химмель умер?
– Его убили Фейт и Рашель. Они спрятали его труп в холодильной камере. Могу показать, если хотите.
Фурия обменялась взглядамим с Кэт, потом опять обратилась к девочке:
– Кто ты?
– Я же говорю. Юль.
– Юль – а дальше?
– Никаких там «дальше». Химмели украли меня, когда я была ещё маленьким ребёнком. С тех пор я им прислуживаю.
– Прислуживаешь? – спросила Кэт в сомнениях. – Но тебе самое большее – лет десять.
– Одиннадцать.
– Одиннадцать. Ладно.
Кэт хотела ещё что-то сказать, но Фурия её опередила:
– И ты утверждаешь, что Фейт с Рашелью убили своего отца?
Девочка отчаянно закивала головой:
– Всего несколько часов назад. И прогнали старую баронессу. Они хотят сами встать во главе рода Химмель и сидеть в Совете Академии. – Теперь в её глазах заблестели слёзы. – С ума сошли! Они злые.
Фурия нежно потрепала девочку по щеке.
– И мы должны тебе помочь убежать отсюда?
– А вы можете? Куда-нибудь в безопасное место? Может, к вам домой?
– Ни за что! – отрезала Кэт непреклонно.
Фурия добавила несколько мягче:
– В настоящий момент это несколько затруднительно.
Теперь девочка уже откровенно всхлипывала:
– Везде лучше, чем здесь… Химмели – ужасные люди! Жестокие и подлые. Я должна была постоянно делать то, что они мне приказывали. Но самое ужасное – это Рашель и её братец.
Пригнувшись к Фурии, Кэт приглушила голос:
– Они в любую минуту могут здесь объявиться. Нам пора сматываться, если здесь всё равно ничего нельзя подпалить.
Петушиная книга зашипела, словно черепаха:
– Никакого огня, пока я рядом!
– Никто ничего жечь не собирается, – заверила Фурия книгу.
– Да-да.
Кэт даже и не скрывала своего разочарования. Сама мысль о том, чтобы спалить владения Химмелей дотла, очевидно, ей очень импонировала. Финниану она тоже понравилась бы.
– Возьмите меня с собой, пожалуйста! – взмолилась девочка, хныкая. – Я не хочу здесь оставаться.
– Во всяком случае, здесь мы тебя не оставим, – согласилась Фурия.
Кэт прошла мимо девочки и выглянула в холл.
– Ну? – спросила Фурия.
– Никого.
– Вы должны мне верить, – сказало дитя. – Фейт и Рашель сегодня с утра отправили всех слуг по домам. Всех, кроме меня. Даже патрули на въезде разошлись. Оба хотели без помех избавиться от барона и бабушки… – Она скривила лицо и потёрла себе глаза. – А мне пришлось на всё это любоваться. Это было так ужасно!
– А я вот не верю, – буркнула Кэт себе под нос и отбросила свою чёрную чёлку с глаз. – Мы в доме Химмелей, ни души, никакой охраны… и мы ничего не предпринимаем. Просто ничего. – Потом она вдруг резко посмотрела на Фурию: – Ни слова Финниану! Он скажет, что мы сбрендили.
Фурия кивнула и опять обратилась к малышке:
– А что именно тебе приходилось для них делать?
Уголки рта девочки дрогнули. Вероятно, она опять собиралась плакать.
– Мне приходилось читать вслух, – сказала она с сильным всхлипыванием. – Я была чтицей баронессы.
Бешеный водоворот фиолетовых искр бушевал вокруг Изиды и Дункана, из бесконечной пустоты переместившихся в мир темноты и сумрака. Портал, созданный для них Дунканом, оставался открыт всего несколько секунд, после чего оба библиоманта оказались в тёмном коридоре. Портал растворился. Лишь горстка лилового пепла просыпалась в том месте, где за миг до того зиял переход между убежищами.
По обеим сторонам коридора стальные двери с крошечными глазка́ми вели в крошечные камеры. Они все стояли нараспашку, а камеры были пустыми. Ни души. Остатки свечения Дункан стряхнул с себя, словно хлебные крошки с бороды.
– Как долго я желал просто вычеркнуть это место из памяти.
– Я здесь никогда не бывала, – прошептала Изида, стараясь забыть о соблазне, исходящем от Абсолоновой книги. – Похоже, я немного упустила.
Значит, вот оно, Монте-Кристо – карцер Адамантовой Академии. Одно из глубинных убежищ, вдали от библиомантических центров вроде Либрополиса и Уники. Крепость забвения. В рядах гвардейцев поговаривали, что Монте-Кристо высасывает жизнь не только узников, но и тех, кто их здесь сторожит.
Дункан предупреждал Изиду: не исключено, что с первых же шагов им придётся сражаться за жизнь, потому что во время приземления они могут угодить прямо в компанию гвардейцев. Но в крепости оказалось пусто, словно здесь уже долгие годы никого не было.
