– Расскажи нам о ней. – Взгляд Фурии скользнул по «Демиану» Германа Гессе. Рядом стояли «Гусли» Гиацинта Маглановича. На самом верхнем отсеке стеллажей она обнаружила медную табличку с надписью: «Псевдоним». Антиквары сортировали свои книги по самым причудливым признакам, она знала это по своему отцу.
– Баронесса странно пахнет, – сказала Юль после непродолжительного раздумья.
– Воняет? – спросила Кэт.
Петушиная книга вытянула шею в её направлении:
– Знакомо, правда?
Фурия утрамбовала клюв обратно в карман, слушая упрямое: «Но я ведь дело могу сказать!» – и опять сконцентрировалась на книгах с полки «Псевдоним». Зое фон Роденбах, Рамон Диас де ла Эскосура, Шолом-Алейхем, Джозеф Конрад и четырёхтомное издание Вольтера стояли там не в алфавитном порядке. В резиденции ведь тоже найдутся книги вроде Вольтера, но в каком издании?
Внезапно она ударила себя по лбу.
– Детские книги! – воскликнула она. – Есть здесь где-нибудь детские книги?
Девочка указала в противоположный угол библиотеки:
– Вон там. Но только они отпечатаны старым поблёкшим шрифтом, который никто не может прочесть.
Фурия поспешила туда и нашла ряд пожелтевших томов с классическими сказками, пару томов Эриха Кестнера и, наконец, несколько приключенческих книг, которые она знала.
– Вуаля! – она торжественно вытянула первый том «Путеводной звезды караванов» Зибенштерна. Второй том стоял рядом. Оба тома находились в комнате Фурии между «Виолеттой – предводительницей пиратов» и «Купидоном, мастером-дуэлянтом всех кинжалов». В библиотеке резиденции имелись также и другие экземпляры этих книг, а потому потерю вполне можно было пережить.
Подошли Юль и Кэт.
– Значит, мы можем наконец отчалить?
Кивнув, Фурия сунула «Путеводную звезду караванов» в руку Кэт:
– Вот, держи. Сначала я уведу отсюда Юль, потом прыгну обратно с третьей книгой и захвачу тебя.
– Поторопись, ладно?
– Обещаю. – Она сделала девочке знак подойти поближе. – Ты когда-нибудь участвовала в прыжке?
Юль покачала головой.
– Не нужно бояться.
Ещё одно качание головой.
У Фурии не было времени ей всё подробно объяснять: падение в никуда, золотые сети, чувство распада на элементы и последующее восстановление. Ей оставалось надеяться, что Юль не впадёт в панику, впервые отведав пустоту между страницами мира.
Когда Фурия попросила её положить на книгу обе ладони, девочка нервно заулыбалась. Если всё пройдёт хорошо, через несколько секунд они окажутся в комнате Фурии в резиденции. Ещё один взгляд Фурия бросила в сторону Кэт: та с понурым лицом переминалась с ноги на ногу в своих полосатых лосинах.
– Я скоро вер… – начала Фурия.
Вдруг на другой стороне библиотеки воздух задрожал. Фейт с Рашелью явились словно из ничего. Пружиня, они приземлились на корточки, выпрямились, посмотрели поверх своих открытых сердечных книг на Фурию… и в тот же миг ринулись в бой. Кэт издала крик, её задело ударной волной и пронесло через всю библиотеку. Ударившись о спинку кресла, она перевернула его и упала позади него на паркет.
При появлении Химмелей Фурия уже была в состоянии прыжка. По коже её уже бежала характерная щекотка растворения, но, увидев, что Кэт падает на пол, она резко прервала процесс. «Звезда караванов» упала на пол.
– Прячься, – в ещё замутнённом сознании сказала она Юль.
Времени у неё оставалось ровно столько, чтобы увидеть, как лицо девочки исказила гневная гримаса. Прерванный прыжок, видимо, разозлил её, и это выражение лица Фурию на секунду отвлекло.
Спустя миг её настиг удар Фейта. Жар объял её нервные окончания. Завопив от боли, она вслепую отразила вторую атаку, почувствовав, как петушиная книга самостоятельно высылает ответный удар. Ударная волна отбросила Фейта на стеллаж карманных брошюр – полки выскочили из своих креплений, и книги посыпались на пол. Тем не менее, пружиня, он снова вскочил на ноги. Фурия в это время стряхивала с себя библиомантический огонь, с облегчением констатируя, что ожогов не получила. Противники хотели взять её живой и невредимой, и, возможно, это как раз был её шанс.
– Кэ-э-эт! – крикнула она через всю библиотеку.
Когда ответа не последовало, в ней вскипел такой неистовый гнев, какой она испытала всего один-единственный раз, на железнодорожной насыпи за резиденцией, в тот миг она умудрилась прикончить одного из кавалеров Интриги, выпустив в него свою ненависть в чистом виде.
