В одной из сокрытых от лишних глаз пещер тихо горит огонь, теплом отгоняющий снежный морозный ад, исторгая в воздух малоприятные ароматы древесины, перемешанные с запахом горящей нефти и едким амбре едких химикатов. Пламя спокойно пожирает деревянные изделия, вроде частей лёгкой переносной мебели, которую не жалко отдать на служение теплу. Помимо этого огонь нашёл себе более вкусную и питательную «пищу», собранную из всякой дряни. Это, так называемые походные «брёвна», которым придали форму цилиндра, собрав в них все необходимые горючие вещества, в совокупности, способные гореть как греческий огонь и исторгать поистине адский жар, который именно сейчас и нужен, чтобы спастись от лютых морозов.
От небольшого костра исходит приятный треск, который знаменовал то, что огонь, смакуя, продолжает жадно пожирать топливо костра, оставляя лишь бренный пепел и выделяя достаточное тепло, чтобы сохранить тела от ледяного прикосновения карпатских ветров.
То, что установилась достаточно высокая температура, обозначили небольшие лужицы, в которых колыхалось отражение костра, в пещере там, где раньше лежали небольшие кучки занесённого снега. Да и по стенам бегут еле заметные струйки воды, говорившие о том, что где-то в каменной породе подтаивает лёд.
Пещера действительно небольшая, смахивающая скорее на маленькую пещерку. К ней ведёт всего два пути: один это прямой выход на горный перевал, а второй – тайный горный лаз, древняя и забытая дорога, идущая среди этих гор, построенная людьми из времён Великой Европейской Ночи, чтобы укрываться от бед тех времён, начинавшаяся у бывшей реки, чьё имя было забыто в вихре старых конфликтов, войн и всех возможных катаклизмов. А после ядерной войны старая река была превращена в тонкий длинный ручеёк, насыщенный радиацией, получивший название «Нить Веры».
Сам древний путь проводил извилистыми путями через половину южных Карпат, давая возможность быстро пройти через горный хребет и остаться незамеченным. Это было чудо, что его до сих пор не обнаружили слуги Имперор Магистратос Великого Трибунала или ревностные служители двух Конгрегаций и не занесли в бесконечные имперские архивы.
По стенам пещеры пляшут силуэты, что отбрасываются на камень от сидящих людей, благодаря пламенным языкам костра, что продолжают безумный танец и треск поглощаемого топлива. В пещере уселось четыре человека, согнанных сюда преследованиями и гонением имперского правосудия. Один, облачённый в белый камуфляж, возвышается над поверхностью пещерки у самого выхода из тайного укрытия и наблюдает за бесконечной вьюгой, чтобы через её пелену не подошли незваные гости из Автократорских властей или какого-нибудь еретического культа.
Ещё два человека седеют на деревянных ящиках, расположенных у костра и что-то интенсивно обсуждают, периодически отламывая куски импровизированных сидений и подбрасывая в пламень. Несмотря на то, что в горном лагере был источник тепла, костлявая рука холода так и норовит ворваться сюда и задушить жар адского костра. И каждый раз, когда буря набрала силу, мороз силился и сжимал тепловое кольцо жизни вокруг кострища, и поэтому эти два человека накинули на себя усиленные термопокрытием меховые плащи.
И ещё четвёртый человек лежал куском мяса у стены скального убежища. Завёрнутый в некий материал, сильно похожий на синий дырявый брезент, он тихо, не подавая значимых признаков жизни, просто лежит ничком рядом с массивом горной породы.
Сидевший на деревянном ящике мужчина взял палку и помешал то, что стало углями в костре. Тут же в воздух снова устремились едкие запахи, но сидящие возле огня даже носов не поморщили. В его глазах отразилось пламя огня, а по серебряным сединам пробежали отблески костра.
– Дюпон, – заговорил спокойно рядом сидящий человек, – что мы будем делать дальше? Почему именно тут мы должны сойти?
Мужчина аккуратно убрал палку в сторону, положив её на ящик рядом с собой. Своей правой рукой он залез в передний нагрудный карман военной куртки, став его ворошить пальцами. Боевая походная куртка окрашена в чёрный цвет, обшита дублёной кожей, усилена бронепластинками и утеплена меховым воротником. Как только его пальцы выскользнули из кармана, и достали оттуда свёрток бумаги, мужчина быстро развернул его с бумажным хрустом.
– Вот смотри, – протянул мужчина своему собеседнику бумагу, сухим голосом продолжив. – Тут на карте показаны расположения и данные войск на Северо-Балканской и Восточно-Балканской Территории, собранные нашими последними агентами.
– Хм, мы попадаем в мешок? – Одетый в такую же одежду, но с ботинками, вместо берц, вопросил второй мужчина. – Похоже, выхода там для нас не будет и если мы туда сунемся, то уже не уйдём.
– Да, Ганс, и не только, – шершавым и хрипловатым тембром продолжил Дюпон. – По последним данным туда были передислоцированы части из Культа Государства, целый полк Корпуса Веры, шестнадцать инквизиторов и создано ещё несколько оперативных баз для смешенных полков.
– Проклятье! – выругался собеседник, сплюнув в костёр.
