Мысли смешались в голове. Бордерик, чтобы хоть как-то отвлечься, закрыл лицо руками и помассировал веки. Возможно если бы не это, он бы заметил, как сзади к нему подкралось высокое статное существо с длинными черными волосами и коротким ударом ребра ладони чуть ниже затылка, оглушило его, лишив сознания. Молодой принц, не успев понять, что происходит, рухнул как подкошенный на земь, успев разглядеть только повисшую над ним фигуру темного эльфа. В следующий миг он уже потерял сознание.
И что делать с ним? Вопрос повис в сознании Иворуа. Он смотрел на ле-жащего под его ногами совсем молодого светлого эльфа. Этот парень следил за их войском вот уже почти битый час из-за деревьев бора. При этом совершенно позабыв об осторожности и вообще о чем либо. Да и на него просто было жалко смотреть. По такому холоду, в сосновом бору, куда вообще не доходили лучи солнечного света, на светлом из одежды была лишь какая-то тряпка, по типу набедренной повязки, что носили гоблины. Он казался каким-то взмыленным, волосы его были мокры, как будто светлый совсем недавно вылез из воды. Но разве при такой погоде нормальному живому существу взбредет в голову лезть в водоем? Это же грозило верной смертью. Однако на щеках обитателя Местальэ проступал румянец. Казалось, холод был ему нипочем. Что-то в его чертах на миг показалось Иворуа до боли знакомым, но темный не обратил на это внимание. Сейчас стоило подумать о другом. Куда девать этого бедолагу,… или кто он есть на самом деле. Теперь, рассмотрев жителя Местальэ повнимательней, стало понятно, что никакой это не шпион, как сначала подумал Иворуа. Можно было по разному относиться к светлым эльфам и к Местальэ, который те, кто мало что соображал в построении мира сравнивали по древности и могуществу с самой Рубиновой скалой, но те, от родства с которыми сами темные открещивались наотрез, не могли допускать таких ошибок. Светлые эльфы были представителями высших рас, первородной расой. Если бы это был шпион, то он не мог так бездарно следить за их армией. Тем более Иворуа не особо и усердствовал, озираясь по сторонам, потому что считал, что где - где, а на территории пустоши никакие шпионы и прочие вражеские проделки им не страшны. Возможно, такой подход был не совсем профессионален с точки зрения его дела, но так оно и было на самом деле. А тут, этот малый делал буквально все для того, чтобы выдать себя, чуть ли сам не вылез на дорогу, размахивая из стороны в сторону руками.
«Может быть это продуманный ход?» - подумал Иворуа.
Он задумался. Вряд ли. По крайней мере, вот так вот сразу, чтобы с ходу определить выгоду Местлаьэ и тех, кого мог подослать Тамалий Зеленый, король светлых эльфов, здесь было нельзя. Если Тамалий хотел проследить, все ли делают его союзники, согласно установленным договоренностям, то он явно просчитался, посылая сюда такого неопытного шпиона. Что бы ему дало в буквально смысле обезвреживание собственной «единицы»? Падение авторитета в глазах союзников, разве что, и это накануне войны. Не совсем хороший ход. Зная Тамалия, он никогда бы не допустил подобных ошибок.
«Тогда кто это?»
Что если этот подкидыш Торианской Империи, шпион Императора. Но чтобы светлый шел на службу короне… Да, такое случалось очень редко, и возможно поэтому, престол в Ториане особо не выбирал, когда посылал в пустошь своего шпиона. Но тогда такой вариант подразумевал, что в Ториане знают про готовящиеся действия против Империи… С другой стороны, можно провернуть все так, будто люди хотели удостовериться нет ли в пустоши смут после того, как восточнее состоялась попытка прорыва гарнизона.
«Тогда они послали бы шпиона, настоящего шпиона» - подумал эльф.
А так они послали сюда светлого, зная, что между ними и гоблинами за-ключен союз. Не хотелось в это верить. Наверное, следовало все разузнать самому. Привести в чувства жителя Местальэ и попытаться поговорить, а если он не захочет… Если он не захочет вспомнить про навыки, которые порой нужны для того, чтобы вытащить информацию из того, кто молчит. Тогда-то светлый будет вынужден ответить на вопрос кто он, и с какой целью здесь оказался.
Иворуа покосился в сторону лагеря зеленых. Там, кажется, еще никто не заметил его исчезновения. Может быть, стоило привести в чувства эльфа и опросить его здесь? Неизвестно, как отреагируют на него вожди. Хорошо еще, что он ударил парня не сильно, и оставалось надееться, что светлый придет в себя быстрее, чем в лагере заметят его отсутствие. Темный на вся-кий случай проверил его пульс. Все в порядке. Просто небольшой обморок.
«Что же».
Иворуа занес руку и влепил эльфу хлесткую пощечину. На щеке светлого остался отпечаток пятерни. Он застонал. Иворуа, не церемонясь, повторил удар другой рукой. Житель Местальэ, только через какое-то время почувствовавший боль, которая обожгла щеки, открыл глаза и рванулся к Иворуа, однако темный припечатал его к земле сапогом. Удар пришелся в грудь и сбил светлому дыхание.
- Лежать, любезный, лежать.
