Саша не сразу узнал её. Он замолчал, не доходя до неё пары метров. Уставился на её платье. Катя тоже рассматривала его. Ну правильно. В коричневом форменном платье с белым кружевным воротничком и манжетами, с чёрным фартуком она выглядит среди студентов белой вороной. Поморщилась даже, так ей почему-то неудобно от их взглядов стало.
Саша улыбнулся, когда, наконец, узнал её.
— Привет! Не ожидал, что так быстро снова встретимся. Прости, я так и не понял, как тебя звать. Ты Жанна или Вера? Твой друг так торопливо вас представил...
— Я Вера. Привет, Саша! Здрасьте!... — последнее было обращено к Кате.
— К знакомым пришла? Кстати, познакомься — это моя подруга Катя Карташова.
Она кивнула Кате и снова перевела взгляд на него.
— Нет, не к знакомым. С тобой поговорить хотела.
Саша поднял брови.
— О чём? Если о том, что я вашему второму другу сказал, то...
Она перебила его:
— Нет, не об этом! Ты совершенно прав. Петруха единственный, кто ничего вокруг себя не замечает. Дружит со Стёпкой, влюблён в свою Жанну и считает, что жизнь прекрасна и удивительна, а все вокруг него точно такие же, как он сам — наивные и честные лопухи! Все остальные всё прекрасно понимают. Действительно, совершенно неестественная ситуация. Но я о другом...
Саша кивнул, внимательно глядя на неё.
— О чём же?
— Мне показалось, что ты что-то хотел мне сказать, но не хотел, чтобы ребята это услышали. Прости, Катя! Я сейчас уйду и не буду вам мешать.
Катя молча кивнула, а Саша коротко глянул на неё и немного смущённо ответил:
— Да, хотел... Помощь тебе предложить хотел.
— Помощь? — удивилась она, — Какую помощь? В чём?
Саша зачем-то оглянулся назад, удостоверился, что поблизости никто не стоит, и понизил голос.
— Вот смотри: ты симпатичная девушка, у тебя красивые глаза и прекрасные волосы, форма губ, носа, бровей, овал лица и скулы — всё очень и очень симпатично. Всё портит эта большая гемангиома! Мне кажется, не будь её, ты чувствовала бы себя значительно свободнее и уверенней...
Она презрительно усмехнулась, а глаза её гневно вспыхнули. Не любила она говорить о своей внешности. Даже с мамой об этом не разговаривала. Только с бабушкой. И то очень редко.
— Она мне не мешает! И чтобы ты знал — внешность в человеке не главное!
Саша смутился:
— Действительно не главное. Я тоже так считаю. Не обижайся! Не знал, что для тебя это не проблема. Хотел предложить тебе убрать её, но если для тебя это не столь важно, то и говорить больше не о чем. Ещё раз извини. — он взглянул на свою подругу, — Пошли, Кать? Опять я влез не по делу...
— Что ты несёшь, Сашка? — тихонько спросила Катя, не трогаясь с места и внимательно разглядывая её лицо, — Как убрать? Ты что, хирург? Ты ещё даже не врач!
— Есть один метод! — так же тихо ответил он ей, — Не хирургический. Я, наверное, единственный в мире человек, который им владеет. Тётя Марина называет это клеточной хирургией. Всё, пошли, пошли! Пока, Вера! Не хотел тебя обидеть...
— Постой! — не выдержала она, — Я не обиделась! Просто не люблю об этом разговаривать. Что за метод такой? О клеточной хирургии я не слышала.
— И не услышишь! Этот термин тётя Марина придумала. В научной литературе ты его не встретишь, потому что его не существует. Если вкратце, то это метод подмены больных клеток здоровыми.
— Как это? — оторопела Катя.
Саша нахмурился:
— Ну как, как... Не знаю, как объяснить. Могу показать. Есть у кого-нибудь из вас родинка, которую не жалко? Где-нибудь на видном месте, чтобы раздеваться не нужно было.
Он развернулся к Кате. Сначала бросил взгляд на её руки, потом на лицо. Наконец, потянулся рукой к её голове и отодвинул назад и в сторону волосы.
— Вот! На шее, в двух сантиметрах под мочкой! Меньше миллиметра в диаметре. Хочешь, прямо сейчас её уберу?
Катя рассмеялась и предплечьем отбила его руку:
— Отвали! Она мне дорога! На кошечках тренируйся!
Вера переложила портфель в левую руку и протянула Саше правую.
— Саш, вот смотри!
На тыльной стороне ладони, почти посередине между суставами указательного и среднего пальцев у неё была довольно большая коричневая родинка. Вообще, на руках родинок имелось предостаточно. Эта была самой крупной и самой заметной. Примерно пять миллиметров в диаметре.
Саша взял поданную руку, склонив голову внимательно рассмотрел родинку и кивнул.
— Подходит! Только это не очень быстро делается. Она у тебя довольно большая. Займёт около десяти минут. Может, даже пятнадцать. Нужно расположиться поудобнее. Пошли-ка, найдём пустую аудиторию...
— В бюро комсомола сейчас свободно должно быть... — подсказала Катя.
— Точно! Кабинет 414! За мной!
***
Интересно он дверь кабинета открыл. Подошёл, негромко постучал и потянул за ручку. Оказалось, что дверь заперта на ключ. Тогда он прикусил нижнюю губу, покосился на свою подругу, легонько стукнул коленкой в дверь, и её замок громко щёлкнул. После этого дверь свободно открылась. Катя рассмеялась:
— Научи, а? Я тоже хочу двери пинком открывать!
Саша на это ухмыльнулся и приложил палец к губам. Ничего не ответил.
