— Дело не в этом. Анжелика твоя такого наговорила в эфир, что у нас все здесь в шоке. Теперь её ждут судебные иски, братец.
— Что, какие иски? По поводу? — не понял я.
— За её слова про академию и всех учащихся, которых она обвинила непойми в чём. Это очень обидно, между прочим!
— Солнышко, но это же не о тебе — ты же не пристаёшь на улице к людям? А я знаю тех, кто пристаёт — ко мне тоже приставали не раз и не два!
— Тем не менее, ей это не спустят с рук, — голос-колокольчик зазвенел от негодования. — Да и вся эта ситуация с Ирой — это всё непонятно ещё чем закончится.
— А чем? Ира первая начала магическу атаку — я лично это видел, да и сотни свидетелей тоже видели.
— Твоя Анжелика всё это спровоцировала, кузен.
— Лиза, давай не будем сейчас об этом — это бесполезный разговор! Ира и Вика вели себя очень провокационно…
— Значит, ты на стороне своей стервы? — рассердилась Лиза.
— Да, я на её стороне! Тебя это удивляет?
— Знаешь ли, удивляет! Ты меня расстраиваешь, братец!
— Не переживай, разберёмся.
— Угу, уже!
— Успокойся, Лиза! В этой ситуации Анжелика виновата не больше, чем Ира с Викой — ты к ней несправедлива.
— А то я плохо её знаю…
— Всё, солнышко, давай завершим разговор, пока не поссорились!
— Вик…
— Спокойной ночи, сестрица! Отдыхай, завтра разберёмся!
— Ладно, пока! — она сбросила вызов.
Мне не понравилось, что Лиза начала ассоциировать себя с «марковскими». С одной стороны — это естественно, она всё-таки там учится, обросла связями, с другой — меня это встревожило.
Я накатил сто пятьдесят водочки под бутербродики и почувствовал себя веселее.
Заметил за собой некую « двойственность личности». Я всё ещё чувствовал себя расщеплённым между двумя мирами, двумя жизнями: Виктор-юрист с его комфортной жизнью, аккуратным расписанием и планами, и Виктор-маг, семейный изгой и раздолбай, любитель кутежей и развлечений. С каждым днём это всё сплеталось в клубок, образуя какой-то новый сплав опыта, привычек и характеров. Мне это не нравилось и я абсолютно ясно понимал, что несмотря на все интересности этого мира мне всё-таки здесь не место и надо сделать всё возможное, чтобы наши личности вернулись в свои тела и миры…
Анжелика и Арина, выйдя из ванны, напились минералки и отправились в комнату.
— Давай скорее к нам, — произнесла Арина.
— Сейчас скупаюсь и приду, — кивнул я.
Когда я это сделал, обе развалилсь на кровати и дрыхли без задних ног. Втиснуться было проблематично, потому я не стал их будить и пошел спать на кухню. Накатил ещё сотку и увалился на диван.
Спал я тяжко. Разбудили меня настойчивые звонки в дверь.
Я продрал глаза, дотянулся до телефона — было почти десять утра.
Надев халат, я пошел открыть.
— Кто там?
— Я, блядь! Открывай давай! — это была Стелла.
Я открыл — она ворвалась, будто разъярённая фурия.
— Где она? — прошипела Стелла.
— Спят ещё, наверно, — пожал я плечами.
— Вы что там вчера несли в эфир, идиоты? Вы понимаете, что натворили? — фыркнула она и пошагала в спальню.
Вскоре раздались крики.
Я махнул рукой и направился к холодильнику.
Решил опохмелиться, однако вскоре пришла Стелла.
— Телевизор включи… — она с гневом смотрела на меня.
— Полегче, леди! Что ты на меня так смотришь?
— Я на тебя рассчитывала, а ты?
— А что я? Нянька? Я и так делаю всё, что могу — и ты, и твоя сестра не самые покладистые личности, — я качнул головой и налил себе водку. — Будешь?
— Да, с вами иначе нельзя! — сжав кулак, она махнула рукой. — Телевизор включи, Первый!
Я так и сделал. Показывали заседание нижне палаты парламента.
Едва я протянул руку к бутылке, меня вывели из состояния спокойствия слова председательствующей:
— Начинаем процедурное обсуждение вопроса о притеснении журналистов…
— Это чё за тётка? — я удивлённо посмотрел на Стеллу. — Кого притесняют?
— Блядь, это спрашиваешь ты, политик? — нервно засмеялась медноволосая. — Это спикер палаты Ирина Миллер. Ваши вчерашние действия спровоцировали политический кризис.
— Что? — я вытаращился на Стеллу. — Какие ещё, нах, наши действия?
— Ваш вчерашний цирк, который вы устроили на камеру! Это кто придумал, кто организовал? Ты? Вы зачем эту журналистку оскорбляли?
— Я? Нет. Это Лера, я вообще и не подозревал, пожал я плечами и налил нам по рюмке. — Будешь?
Стелла взяла рюмку и опрокинула в рот. Я пожал плечами, отсалютовал ей и тоже выпил, закусил бутером.
— Никого я специально не оскорбял. так, было пару слов в пылу эмоций… — пояснил я.
— На, смотри! — Стелла достала телефон.
Через пару минут я прозрел — мои фразочки стали мемами, особенно «не сочтите за труд — уберите её нах*й».
— Нехер было делать все эти прямые включения. Сама виновата, пизда дурная.
— Тебе говорили, что ты женоненавистник? — прищурилась Стелла.
— Прекращай, леди. ЖЕнщин я люблю, особенно конкретных, — я посмотрел ей в глаза.
Несколько секунд мы играли в гляделки, потом на кухню заявилась Анжелика в халате, очень заспанная.
— Это не я виновата, а Маркова! Эта сука устроила весь этот конфликт!
— А кто тебя за язык тянул про эту академию и юнкеров? Ты представляешь, что сегодня начнётся?
