— Во-во, там мы тоже свои миномёты установили. Немцы в Савеловке хорошо окопались, в домах опять же засели, а у нас всего взвод пехоты, да разведрота меньше того взвода по численности. Пять танчиков ещё, но у немцев противотанковые пушки и пулемёты в деревне. Наши дуриком не попёрли, остановились на опушке, и цепью растянулись вдоль неё. Мы установили миномёты, протянули связь на НП. Ротный начал пристрелку, а потом перешёл на поражение, обнаруженных целей. Разведка принялась шерстить по округе, искать скрытые подходы к деревне, одновременно выясняя, нет ли других фрицев поблизости. Командир танкистов тоже рядом с нашим лейтенантом, смотрят в четыре глаза, решают, куда ещё пострелять. Но стреляй, не стреляй, немцы тоже не дураки, всю свою систему огня просто так не раскроют, стрельнули по опушке для острастки и сменили позицию. Разведка боем нужна, чтобы всю систему вскрыть, а как разведаешь, людей мало, танки поддержки есть, но броня у них слабовата. Пулемёт, конечно, не пробьёт, а вот ПТР или пушка, легко, что в лоб, что в борт. Но делать что-то надо, нагрянет кто пострашнее лейтенантов, пошлют вперёд. Танки есть, целых пять, что ещё нужно, чтобы спокойно захватить какую-то деревушку. Немцы такую броневую армаду увидят, сами разбегутся. Постепенно стало подходить пополнение, командами человек по десять. Мы вели беспокоящий огонь по деревне, выпуская одну — две мины в минуту. Прикатили пушкари, с одним орудием на запряжке из шести лошадей. Наконец наши командиры сговорились. Разведку послали в обход, они должны напасть на фрицев с правого фланга, там лес подходит ближе всего, а потом начинаются огороды. Прибывшую пехоту распределили вдоль западной опушки, четыре танка также разъехались в стороны, заняв боевой порядок в линию, но не высовываясь из леса, и только один остался на дороге. Артиллеристы отцепили пушку возле этого танка. Когда связные, доложили о готовности всех подразделений, наша батарея открывает беглый огонь по Савеловке. И после короткого огневого налёта, вперёд, разогнавшись прямо по дороге, деревню атакует один танчик, стреляя на ходу очередями из своего автомата, а в это время пушкари, выкатывают своё орудие на прямую наводку. Проскочив метров двести, малютка по дуге поворачивает влево и, сделав крутой вираж, вылетает на дорогу, подходящую к деревне с юга и, виляя как маркитанская лодка, скрывается в лесу. Немецкие наводчики просто не успевали попасть первыми выстрелами, а потом мы им не дали. Одну противотанковую пушку накрыли мы, вторую артиллеристы. Как только уничтожили пушки, вперёд пошли остальные четыре танка, а за ними наша пехота. Пулемёты давили уже совместными усилиями, теперь танки не торопились, и с коротких остановок били по обнаружившим себя огневым точкам. Немцы начали отходить, как только разведка зацепилась за северную окраину. Ну, тут уж мы не сплоховали, накрыли их в чистом поле миномётным огнём, а потом и пехота подоспела, кого не убило, тех в плен взяли. Хорошо, что деревушка небольшая попалась, быстро справились, потом даже за трофеями смотались, хоть махра и опередила, но и нам кое-что перепало, да и поделились они. — Осоловевший Кешка, допивает остатки, подмигивает и, достав из кармана свою флягу, пускает её по кругу. До этого он угощался нашим НЗ.
— Ну, а потом что было? — принимаю я магарыч и, глотнув, отдаю следующему.
— А, потом не интересно, — машет рукой Иннокентий. — Приехало командование. Комдив, похвалил всех. Потом начарт поругал нас, за перерасход боеприпасов. В общем, отправили нас в свой полк. Вот по южной дороге из Савеловки, мы и прибыли. Сначала правда в лесничество попали, а потом сюда. А вы как тут повоевали?
О наших похождениях, дальше рассказывал дядя Фёдор, а я с помощью Макара собираю миномёт. Лишних деталей не осталось, значит собрали правильно, устанавливаем на позицию, и приступаем к приёму пищи. После ужина отправляем молодёжь отдыхать, и продолжаем праздничные мероприятия вчетвером. Не отметить победу, это как-то не по-русски. Как обычно при наступлении, кухня где-то про… отстала, но трофеев и нам перепало (не за одними же минами я людей посылал), были там и другие повозки, и не только с овсом. Так что перекусить, а также закусить, у нас было чем. Сварили жидкую кашу, или густой суп из семи круп, добавив в каждый из двух котелков по банке трофейных мясных консервов, грамм на четыреста, закусывали кнакебротом, и теми же консервами, только из маленькой банки. Так что спели и «Чёрного ворона», и «Матроса Железняка», да и ещё много хороших советских песен, и не только советских. Солировал в основном Аристарх, а мы лишь подпевали и заказывали музыку. Угомонились только к полуночи, прямо возле костра.
