Хотя тут нам повезло, в полутора километрах от места трагедии находилось село Заокское, вот туда лейтенант и отправил четверых человек, чтобы донести раненого, сообщить о случившемся и вызвать подмогу. Так что преследуем паршей уже впятером. С нашей группой осталось только два бывалых красноармейца с карабинами, судя по возрасту и строевой выправке, в гражданскую они точно воевали, а может даже и в империалистическую или в Русско-японскую.
Труп немца я осмотрел, и хотя рядом с ним и взорвалась граната-лимонка, но было видно, что его добили ножом прямо в сердце, так как в результате полученного ранения он уже не смог идти дальше. Если бы смог, то остался бы жить. Перейдя реку, диверсы резко сменили направленье, и двинули прямо на восток. Наша группа хотя и сократилась, но зато стала двигаться гораздо быстрее, не растягиваясь и не тормозя. Лейтенант как гончая шёл по следу, торя лыжню, так что мы за ним едва поспевали. Зато около пяти километров мы пробежали почти на спринтерской скорости, резко сократив отставание. Твёрдый наст лыжи держал, а вот диверсы шли пешком, то и дело проваливаясь в снегу по колено, а то и глубже, что не способствовало скорости передвижения. Видимо поэтому они пошли на хитрость и вышли на большую дорогу, «помахать кистенём».
Помахать кистенём у диверсов получилось. Машину они тормознули. И хотя у водителей был приказ никого не брать, но когда тебе в голову прилетает пуля, этот приказ выполнить не удаётся. Зато стрельбу мы услышали и ещё не закоченевший труп водителя на обочине обнаружили. На этом можно было и прекратить преследование, только лейтенант оказался упрямым и вычислив направление, в котором двинулся грузовик, мы рванули за ним на лыжах, причём прямо по шоссе. Дорога одна, впереди село, а там может быть КПП. Ну и нам любая тачка — попутка. И неважно в какую сторону она едет. Развернётся в случае чего. В принципе так и получилось. Встречную полуторку мы тормознули, растянувшись цепью поперёк дороги. Водиле ничего не оставалось, как только ударить по тормозам и остановиться. Так он и сидел, весь белый и вцепившись в баранку, пока Тихий не показал ему своё удостоверение и не задал вопрос.
— Какая машина тебе попалась навстречу?
— Газон, трёхмостовый. — Сразу ответил водила.
— Давно?
— Минуты две как. Прямо у меня перед капотом налево свернул.
— Разворачивай, догнать надо.
— Понял. — Заскрежетал коробкой скоростей он.
Пока Тихий разговаривал с водилой, я скинул лыжи и, забросив их в кузов, уселся рядом с шофёром. В кузове трясёт, а я недавно после ранения. Так что буду старшим машины, а лейтенант пусть командует подразделением. Остальные тоже времени зря не теряли и, заняв места, помогли забраться своему командиру.
— Поехали. — Командую я водиле, когда сверху забарабанили по кабине.
Развернувшись на широкой дороге, грузовик набирает скорость, и мы мчимся в ночи, распугивая редких пешеходов, перебегающих через дорогу. Хотя мчимся, это громко сказано, но летим мы на бешенной скорости, километров пятьдесят в час. Влетаем в какую-то деревню и с визгом покрышек, практически не снижая скорости, резко поворачиваем налево.
— Добавь, браток. — Когда мы выехали на прямую, как турецкая сабля дорогу, прошу я.
— Это можно. — Со скрежетом скоростной коробки переключает он повышенную передачу, два раза выжав и отпустив сцепление, после чего грузовик начинает набирать скорость, и мы мчится ещё быстрее. Судя по показанию спидометра — шестьдесят километров в час.
— Кого хоть ловите? — вцепившись в баранку, спрашивает водитель.
— Нарушителей уличного движения. Сейчас догоним и перестреляем всех нахрен.
— Я же серьёзно спрашиваю. — Обиделся шофёр.
— Я тоже серьёзно. Так что без стрельбы тут не обойдёмся. Оружие есть?
— Нет. — мотает головой водила. — Мы же в тылу, зачем мне оружие.
— Догоним хоть этих нарушителей?
— Если по трассе, то легко, у меня ж эмка, а не ашка. Да и порожняком я. А трёхмостовка только по грязи хорошо идёт, а скорости у неё нет. Вот недельки через две развезёт, тогда на грунтовку лучше и не соваться, толкать замаешься.
Водила не обманул, и вскоре впереди запрыгали огоньки, причём не от наших фар, а также послышался надсадный рокот мотора с подвываниями трансмиссии.
— Ниже пригнись, браток, а то не ровён час могут и стрельнуть. Та хоть машина-то? — достаю я «тешку» и готовлю к бою.
Стрелять из автомата с одной руки можно только в кино, а я не цирковая обезьяна, чтобы хвостом держаться. Увидев мои приготовления, водила утопил кнопку газа до полика и судорожно вцепился в руль. При виде цели азарт погони захватил меня целиком, и я даже стал давить правой ногой в пол, помогая машине разгоняться. Мои усилия не пропали втуне, дистанция начала сокращаться. А с крыши кабины короткими очередями застрочил пулемёт. Пока предупредительными, чтобы преследуемые остановились. Но те останавливаться даже не собирались, и в ответку начали стрелять в нас. Вот только уже не предупредительными, а прицельным огнём. Во всяком случае, вспышки от винтовочных выстрелов я увидал. И даже как будто пули, пролетающие рядом.
