— Так убило под товарищем капитаном коня, вот он в медсанбат и попал. А моего Серко сначала Гургенидзе забрал, а потом на нём наш командир отделения — сержант Овсянников ездил. А когда Серко застрелили, то и он тоже не выжил.
— Как застрелили? Говорили же что шальная пуля? — не перестаю удивляться я, новым перипетиям.
— Из винтовки в Серка моего стреляли. И пуля с нашей стороны прилетела. Конь прямо у меня на глазах умирал. Всё ржал. Как будто что-то сказать хотел. — Отвернулся, чтобы незаметно сморгнуть слезу, Олег.
— А командир, с ним что?
— А он уже мёртвый был. Когда мы на звук от выстрела и ржание коня прибежали. Шея сломана и нога покалечена.
— Про шею я в курсе. А с ногой что?
— Да создалось у меня впечатление, что одну ногу ему конём придавило. И не вылетал он из седла, а его оттуда уже мёртвого вытаскивали, потому и сапог с правой ноги снялся, запутался в стремени.
— Рассказывал кому про свои подозрения?
— А кто меня слушать станет. Вы первый, товарищ старший сержант.
— Ладно. С этим позже разберёмся. А пока не мешало бы поработать. За мной. — Командую я бойцам и первым выскакиваю из окопа.
Пробежав двести метров мы очутились у подножия высоты 169,3 поэтому дальше идём пешком, ожидая, когда нас кто-нибудь да окликнет. Сегодняшний пароль я знаю, да и идём мы средь бела дня, тем более из своего тыла, так что махра не должна будет сильно напугаться и принять нас за немцев. Увидев кучку бойцов, лениво ковыряющих землю, идём к ним. Тем более я эту группу ещё из окопа приметил, вот и выбрал примерное направление, поднимаясь по косогору.
— Стой. Кто идёт? — раздался окрик человека с ружьём, который прятался немного в стороне от землекопов. Видать наблюдатель за воздухом и остальными достопримечательностями.
— Артиллерийская разведка. — Останавливаюсь я.
— Пароль?
— Мелитополь. Отзыв?
— Знаменка. Проходи. А вы куда? — Озадачивается часовой.
— Да нам бы командира этого опорного пункта найти. Не подскажешь, куда идти, браток?
— А вы к помкомвзвода нашему обратитесь, товарищ старший сержант. Вон он, с лопатой стоит. — Указал на нужного человека караульщик, и мы потопали дальше.
— Здравия желаю, товарищ сержант. — Опустил я приставку младший, хотя и увидал всего один треугольник на петлицах командира. — Старший сержант Доможиров — артиллерийская разведка.
— Младший сержант Скиба. — Представляется он в ответ. — И чего это разведка у нас потеряла? Стрелять будете?
— Нет. На немца хотим поглядеть. Линию переднего края уточнить. Да и взаимодействие бы наладить не помешало. Кто у вас здесь на высоте самый главный начальник?
— Комбат наш. Но его на высоте сейчас нет. Всё начальство в штабе полка. Только командир третьей роты на командном пункте остался. К нему обращайтесь. — Информирует меня Скиба.
— А как нам его найти? И где? Не заблудиться бы в ваших катакомбах. Чего хоть копаете? Клад ищете?
— Если бы клад, давно бы всё перерыли. Тыловой рубеж обороны оборудовать заставляют, с блиндажом и пулемётными площадками, а где точно не сказали, да и земля толком не отошла ещё. Лейтёха наш пошёл узнавать, да пропал. Вернётся, ругаться будет, что ничего не сделали. Да и хрен с ним. — Машет рукой сержант.
— Вы пока копайте здесь, здесь, а ещё вот здесь. А я пойду узнаю, где надо. Так что ли? — Рассказываю я армейскую байку.
— Типа того. — Ухмыльнулся сержант. — Но копать всё равно придётся.
— Видишь, ниже по склону площадка, — показываю я направление, — всего метров сто отсюда. — Там место ровное, но с ложбиной, сейчас вода в ней стоит, а зимой снег лежал. Ручей пропустите, вода уйдёт ниже по склону. Вот там котлован под блиндаж можно вырыть. Из пушек вас не достанут, гребень высоты прикроет, от миномётов в блиндаже укроетесь. А если хороший домик выстроите, то и до Нового года в нём просидите.
— Хорошо бы. А если не угадаем? — Чешет в затылке сержант.
— Закопаете всё обратно, да и делов. Но на всякий случай скажи, что полковник Васин распорядился.
— Какой полковник? Откуда?
— Из штаба дивизии. Или в дивизии полковников мало?
— Мало. Один всего. Комдив наш.
— Тогда майор.
— Майоров хватает, наверное.
— Вот и пускай этого майора поищут и спросят. Когда найдут поздно будет, и перекапывать ничего не придётся.
«Замок» выделил нам провожатого, так что ротного мы нашли без проблем. И хотя он слегка удивился, но схему ориентиров показал, да и на местности пояснил, где что находится. От гребня высоты (где располагался КНП) до немецких окопов в деревне Андреевка было около километра. Хотя гребень понятие растяжимое, так как местность заметно понижалась только на восток и на север, на юг и на запад она даже немного повышалась. Окоп нашего боевого охранения приближался к противнику на триста метров. Ближе немцы никого не пускали. Отгоняли пулемётным и миномётным огнём. Так что пока Баранов отмечал все ориентиры на карте, я разговорился с лейтенантом, выясняя, где проходит передний край обороны противника, и какие цели удалось обнаружить пехоте.
— А вы из какой разведки? Что-то я вас здесь ни разу не видел. — Интересуется ротный.
