«Настраивает программу полной реабилитации, – без малейшей запинки доложила Эмма. – Статус: готова к работе. Предварительное время окончания процедуры – двенадцать рэйнов тридцать два мэна. Рекомендуется пройти процедуру реабилитации в режиме глубокого сна. Проводится текущая проверка параметров. Посторонних и вредоносных программ не обнаружено. Процедура безопасна для носителя крови. Прогнозируемая эффективность восстановления поврежденных органов и тканей – девяносто девять и девять десятых процента».
«А и ладно, – решил я, когда над моей головой с тихим шелестом встала на место прозрачная крышка, а сама капсула тихонько загудела. – Сейчас мне витаминчиков вколят, глюкозы или что-то аналогичное, похоже, накапают, и к завтрашнему полудню буду как новенький… Эмма, проследи, чтобы у доктора сошлись показатели на приборах».
«Не волнуйся, – успокаивающе отозвалась подруга. – Все цифры на панели модуля в точности соответствуют параметрам, полученным с помощью диагностического заклинания».
«Ты – чудо, – пробормотал я, чувствуя, как с неодолимой силой наваливается сонливость. – И как я раньше без тебя жил?»
Что она на это ответила, я уже не услышал: воткнувшаяся под кожу игла благополучно оборвала мою мысль на середине. Но все же я надеялся, что до подруги дойдет мой благодарный порыв, потому что, если бы не она, я бы эти две недели точно не пережил.
Когда я проснулся в следующий раз, мое самочувствие было уже вполне сносным. Никакой скованности в конечностях не ощущалось, дышалось легко, сердце билось ровно, да и вообще хотелось уже сесть и размяться, но нависающая надо мной крышка с истаивающими циферками обратного отсчета не давала такой возможности. Поэтому пришлось подождать, пока модуль закончит свою работу.
«Программа реабилитации завершена», – известила меня Эмма через несколько сэнов, когда цифры погасли. Одновременно с этим крышка тихонько щелкнула и открылась, выпуская меня на свободу. А в соседнем помещении что-то мелодично звякнуло, вероятно, извещая желающих о том, что я здоров.
И правда. Не успел я сесть, как дверь кабинета открылась и в комнате появился взъерошенный лэн Нортэн.
– Адрэа, ну как ты? Как самочувствие?
Я прислушался к себе и, получив от подруги короткую справку, удовлетворенно кивнул:
– Благодарю, терпимо.
– Приборы фиксируют хорошие показатели, все повреждения в твоем организме устранены, но последствия какое-то время еще будут ощущаться, так что первое время постарайся не переутомляться и побольше налегай на белок… Э, нет, не спеши пока выбираться. Давай я тебе помогу.
Я тихонько фыркнул и, даже не взглянув на протянутую руку, выбрался из капсулы самостоятельно.
Нормально. Ноги держат, коленки не трясутся, а вот поесть я бы сейчас не отказался.
– Нет-нет-нет, – зачастил лэн Нортэн, когда я выразительно огляделся и остановил свой взгляд на горстке аккуратно сложенной на табуретке одежды. Это ведь моя? – Давай сначала в душ, а потом все остальное.
И правда. Пахло от меня далеко не розами, кожа зудела, волосы превратились в грязные сосульки, а медицинский модуль ограничился лишь тем, что опрыскал меня холодной водой напоследок. Для полноценной гигиены этого было явно недостаточно. Ну да и фиг с ним. Где тут у них уборная?
Как оказалось, в лазарете было предусмотрено сервисное обслуживание, поэтому я спокойно вымылся, привел себя в порядок, заодно вдосталь напился. Ну а когда надел чистую форму и вышел, в соседнем кабинете меня уже ждал обильный завтрак, так что и голод я утолил, сдержанно поблагодарив доктора за заботу.
После этого он загнал меня в уже знакомое «стоматологическое» кресло и почти половину рэйна что-то там колдовал над приборами. Ну а когда закончил, то со вздохом убрал диагностическое заклинание и ободряюще мне подмигнул.
– Полный порядок. Были опасения, что после такой экстремальной нагрузки у тебя возникнут проблемы, но ты справился. Аура ровная, дар стабилен и не только не потерял, но даже немного набрал по параметрам – отсутствие блокировки явно пошло ему на пользу. Ты улучшил свой потенциал на целых двенадцать процентов! Так что неприятных последствий эта ситуация иметь не будет.
Да ну?
Я пристально посмотрел на воодушевленного эскулапа.
– Уже завтра ты сможешь приступить к занятиям, – как ни в чем не бывало продолжил он, прямо-таки бурля нездоровым энтузиазмом. – Пока только к теоретическим, конечно, но всего день-другой, и, я уверен, ты быстро пойдешь в рост. Знаешь, может, оно даже и к лучшему, что так получилось. Как показывает практика, иногда стресс идет нам на пользу…
Он наконец заметил мой тяжелый взгляд и осекся.
Я же просто сидел и молча смотрел на этого человека, который всего одним росчерком пера под фальшивым заключением обрек меня на этот, как он выразился, «стресс». И вот сейчас он делал вид, что все в порядке, прятал свою нервозность за многословными речами, пытался убедить себя, что ничего страшного не произошло, и делал все, чтобы показать, как же он рад моему возвращению.
– Адрэа, с тобой все в порядке? – тревожно замер доктор, когда понял, что что-то не так.
