«Сейчас или никогда», — подумал я, одним плавным движением поднося руку к спине, словно собираясь почесаться. Серебристый диск коснулся кожи между лопатками и мгновенно прилип, словно примагнитился.
Я почувствовал странное тепло, распространяющееся от диска по всему телу.
«Диск словно прирос. И он снова изменил свою атомную решетку… Теперь выглядит как твоя кожа», — Алиса присвистнула от восхищения, — «Да еще такая мягкая и эластичная… Мне аж потрогать захотелось. Впервые жалею, что у меня сенсоры, а не руки как у кожаных».
Граф Страхов лично взял в руки сканер и подошел ко мне:
— Это не больно, молодой человек. Просто стойте спокойно.
— Постараюсь, — я улыбнулся, — Хотя я немного щекотки боюсь. Особенно когда меня щекочут персональными устройствами какие-то мутные мужики.
У операторов, Морозовой и Соколова после моих слов глаза на лоб полезли. Я ходил по самому краю…
Граф хмыкнул:
— Ваше чувство юмора в сложной ситуации похвально. Редкое качество в наши дни.
— Привычка. Развивается в процессе выживания в Нижних кварталах.
— Не сомневаюсь, — он поднес сканер к моей спине, — Хотя должен заметить, что чувство юмора редко спасает, когда дело касается… серьезных вещей.
Сканер издал тихий сигнал, и граф Страхов начал медленно водить им вдоль моего позвоночника.
— Интересно, — пробормотал он, — Очень интересно.
Я затаил дыхание. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.
«Алиса, что происходит?» — мысленно спросил я.
«Диск активировался», — ответила она, — «Я чувствую странное излучение, но оно не враждебное. Скорее… защитное? Оно создает что-то вроде маскирующего поля».
Граф Страхов нахмурился, глядя на показания сканера:
— Странно. Устройство показывает… что все в порядке. Хотя от стандартного сканера был явный сигнал аномалии… — он постучал пальцем по корпусу устройства, словно проверяя, работает ли он.
— На самом деле все логично, — вмешался Соколов, — Как я и говорил, стандартный сканер нуждается в калибровке. А ваша более современная модель, граф, показывает правильную картину.
— Всё может быть… — граф продолжал разглядывать показатели.
— Может, это намёк, граф? — я улыбнулся, — Что пора бы уже отстать от честного студента? И направить кипучую энергию на поиск реального преступника.
Граф бросил на меня острый взгляд:
— Возможно, юноша. Но проверку мы доведем до конца, — он снова поднес сканер к моей спине, на этот раз непосредственно к тому месту, где был прикреплен диск.
Сканер внезапно издал серию пронзительных сигналов, а затем… погас.
Граф Страхов в недоумении уставился на устройство:
— Что за чертовщина?
— Похоже, последствия моей «банальной» травмы оказались для него слишком… небанальными, — не удержался я от улыбки, — Такое бывает со сложными системами, когда реальность оказывается чуть сложнее инструкций.
Граф холодно усмехнулся:
— Вы поразительно самоуверенны для своего положения, молодой человек. Это… освежает.
Он передал сканер одному из своих телохранителей и жестом приказал ему проверить устройство.
— Знаете, — продолжил граф, глядя мне прямо в глаза, — я смотрел запись вашей дуэли с баронетом. Впечатляющее выступление для простолюдина.
— Всего лишь умение использовать то, что под рукой, граф, — я пожал плечами, — И некоторая невнимательность со стороны противника. Знаете, как бывает: пока один любуется своим гербом, другой уже подножку ставит. Недооценка — штука коварная.
— Любопытная философия, — граф медленно кивнул, — Мой сын, боюсь, стал наглядной иллюстрацией вашей теории. Но учтите, молодой человек, когда ставки возрастают, одного лишь эффекта неожиданности может оказаться недостаточно.
Наши взгляды скрестились, и на мгновение показалось, что в комнате остались только мы двое — остальные превратились лишь в размытые силуэты.
Сканер графа Страхова так и не подал признаков жизни, сколько бы его помощники не пытались его реанимировать. Один из них даже прибегнул к классическому методу «выключить и включить снова», но в ответ устройство издало жалобный писк и окончательно испустило электронный дух.
— Любопытно, — пробормотал граф, разглядывая прибор с таким видом, будто тот предал его в самый ответственный момент, — Такого никогда прежде не случалось.
— Техника, граф, даже самая совершенная, иногда выходит из строя, — Соколов произнёс это с плохо скрываемым удовольствием, — Особенно когда её используют для… несвойственных задач.
Страхов бросил на него холодный взгляд:
— Что вы имеете в виду, профессор?
— Просто отмечаю, что сканеры LX-1200-A создавались для работы с древними артефактами, а не для проверки студентов с травмами позвоночника, — Соколов улыбнулся, поправляя очки, — Всё равно что использовать квантовый микроскоп для рассматривания мух.
— Или чешуи на змее, — едва слышно добавила Морозова, — Которая пытается тебя задушить…
Я улыбнулся краешком губ. Екатерина Васильевна как всегда немного на своей волне.
Помощник графа закрыл кейс с неработающим сканером:
