Он взмахнул рукой, и несколько острых кусков арматуры, словно управляемые копья, вырвались из вихря и полетели в Германа. Те с оглушительным лязгом ударились о его силовой барьер, высекая снопы искр.
«Так-так, дуэль титанов, — прокомментировала Алиса, транслируя мне на сетчатку данные анализа. — Барьер Германа — армейская модель „Цитадель-3“. Жрет энергию, как черная дыра, но держит прямое попадание из танковой пушки. А вот наш восточный друг — классический Кинетик В-ранга. Элегантный, мощный и, судя по его лицу, с чудовищным самомнением. Ставлю сто кредитов на то, что он победит. У Германа просто кончатся батарейки раньше, чем у Шена — пафос».
«Тогда пора немного вмешаться в ход пари, — решил я. — А то скучно становится. И опасно для моего здоровья».
Я молча наблюдал с вершины колонны, как два криминальных босса выясняют отношения. Алиса была права. Шен играл со своей жертвой, как кошка с мышью. Он не спешил. Его кинетический шторм нарастал, втягивая в себя все новые и новые обломки, превращаясь в маленькое торнадо из бетона и стали. Он швырял их в Германа, заставляя его барьер мерцать и слабеть под градом ударов. Герман яростно отстреливался, но его выстрелы вязли в этом мусорном вихре, не причиняя вреда.
Пора было заканчивать этот цирк. Если Шен победит, я буду следующим в его списке. Герман, при всей его тупости и ярости, был более предсказуем. И, что важнее, более уязвим.
«Алиса, просчитай траекторию. Мне нужно вниз», — мысленно скомандовал я.
«Есть, босс. План „Тарзан в клеточку“. Прыгай по моей команде на ту свисающую с потолка хрустальную люстру. Она чудом уцелела, видимо, ждала своего звездного часа. А с нее — на второй ярус, прямо за спину нашему ценителю тонких искусств. И не забудь сгруппироваться. Твои штаны в клеточку могут не выдержать резких движений. Не хватало нам еще одного стриптиз-шоу».
«Переживаю не за штаны, а за то, что пиксели отвалятся», — хмыкнул я.
«Не отвалятся, я им суперклей прописала, — заверила Алиса. — Давай, прыгай, пока люстра не передумала!»
Я оттолкнулся от колонны. Короткий, головокружительный полет через дымный, пронизанный вспышками выстрелов воздух. Схватился за раскачивающуюся хрустальную люстру. Тысячи осколков зазвенели, как колокольчики, приветствуя своего нового, неожиданного пассажира. Я пролетел на ней, как на лиане, над головами ошарашенных бойцов. И спрыгнул на балкон второго яруса, приземлившись мягко и почти бесшумно прямо за спиной увлеченного боем Шена.
Он был полностью поглощен своей дуэлью с Германом, который уже начал отступать под его натиском. Идеальный момент.
Я присел на корточки, приложив ладонь к прохладному мраморному полу.
«Ньютоновская ловушка. Прямо под ним. Сейчас».
Наноботы хлынули в пол, изменяя его структуру на молекулярном уровне. Шен как раз готовился нанести решающий удар. Он поднял в воздух огромный кусок бетонной плиты, собираясь обрушить его на почти обессилевшего Германа. И в этот момент пол под его ногами, до этого твердый как скала, стал вязким, как болото.
Он потерял равновесие. Его идеальная концентрация, основа его Дара, сбилась. Кинетический шторм вокруг него дрогнул и на мгновение ослабел, обломки посыпались вниз.
Этого хватило. Дядя Герман, увидев свой единственный шанс, взревел от радости и всадил в Шена всю обойму. Шквал плазменных зарядов пробил ослабевший покров и врезался в тело аристократа.
Лорд Шен закричал. Это был дикий, нечеловеческий крик боли, ярости и унижения. Его дорогой шелковый халат вспыхнул, как факел. Он рухнул на колени, пытаясь сбить с себя пламя. Дуэль была окончена. Жестоко, грязно и очень эффективно.
Но праздновать победу Дяде Герману было некогда. В оглушительной тишине, нарушаемой лишь треском догорающего шелка на теле Шена и тяжелым, хриплым дыханием самого Германа, раздался тихий, почти незаметный звук.
«Щелк…»
Сухой, металлический щелчок взводимого курка. Он был едва слышен, но в этой мертвой тишине прозвучал громче любого взрыва.
Герман замер. Его подручные, до этого праздновавшие победу, растерянно переглянулись. Оставшиеся в живых «Клинки Дракона», увидев падение своего господина, тоже застыли, не зная, что делать — продолжать бой или спасаться бегством.
А потом они начали падать.
Это не было похоже на перестрелку. Ни криков, ни вспышек выстрелов. Просто люди начали умирать. Один из громил Германа, стоявший ближе всех к арене, вдруг дернулся, схватился за горло, из которого фонтаном хлынула кровь, и беззвучно рухнул на пол. «Клинок Дракона», целившийся в него, так и застыл с винтовкой наперевес, а в следующую секунду его голова дернулась назад, словно от невидимого удара, и он осел на землю. Еще один. И еще.
