Ощущение было такое, будто я со всей дури пнул бетонный столб. Нога вспыхнула агонией, едва не сломавшись. А Волк… он даже не шелохнулся. Он стоял, опустив руки, абсолютно открытый. И лениво продолжал беседу.
— … кстати, то бордо 22-го года было великолепно. Надо будет заказать еще ящик.
Я, ошарашенный, бросился на него снова. Серия ударов, быстрых, точных. В висок, в солнечное сплетение, в горло. Но он просто… блокировал их одним пальцем. Словно отмахивался от надоедливой мухи.
Я отскочил, пытаясь осознать, что вообще происходит.
— Угомонись, — его голос был полон скуки. Он наконец-то повернул голову в мою сторону. — Мой костюм стоит больше, чем вся твоя никчемная жизнь.
В следующую секунду он оказался прямо передо мной. Вплотную. Я не видел движения. Он просто… был здесь.
Его рука поднялась. И он дал мне щелбан.
Это был самый сильный удар, который я получал за всю свою жизнь. Сильнее, чем кулак Клыка, чем выпады Клинка, чем плазменные заряды Германа. Обычный, унизительный щелбан.
Мир взорвался болью и звездами. Меня подбросило, как тряпичную куклу, перевернуло в воздухе несколько раз, ударило о потолок. А затем я с грохотом рухнул на пол, прямо к ногам Серебряной Лисы и Золотого Сокола.
Сударыня элегантно поставила свою остроносую туфельку мне на грудь, прижимая к полу.
— Осторожнее, милый, — сказала она Волку. — Еще испачкаешь костюм об этого простолюдина. Не уверена, что он даже умеет пользоваться мылом.
«S-класс… — голос Алисы в моей голове дрожал. — Сеня, это S-класс. Им не обязательно использовать покровы. Их Дар настолько сроднился с их телами, что им не нужно его активировать. Они… они просто сильнее. Во всем. Это подавляющее, абсолютное превосходство».
Я лежал, раздавленный, униженный, не в силах пошевелиться. Рядом валялся импульсник одного из убитых «клинков». Я с трудом потянулся к нему.
— О, он хочет поиграть, — усмехнулась Лиса, но даже не подумала убрать ногу. — Мальчик, не поранься. Эта пукалка может выстрелить в обратную сторону.
Никто из них даже не пытался меня остановить. Словно им… не было до меня никакого дела.
Я вскинул импульсник. Прицелился в Сокола, потом в Волка, потом в Лису. Им было все равно. Для них это оружие было не опаснее водяного пистолета.
И я выстрелил.
Прямо в потолок.
Раздался треск. Посыпались искры.
— Мальчишка портит интерьер, — раздраженно прокомментировала Лиса. — Волк, выбей у него эту игрушку. Я не хочу пачкать свои туфли об его кровь. Они от Гуччи.
Но было уже поздно. Сработала система пожаротушения. С потолка хлынули потоки воды, заливая зал.
Сокол и Волк рассмеялись. Их это, казалось, лишь позабавило.
— А вот это уже перебор! — взвизгнула Серебряная Лиса. Струи воды мгновенно испортили ее идеальную прическу и дорогое платье. — Моя укладка! Вы, двое, идиоты! Стоите и смеетесь!
— Будет тебе, — Сокол успокаивающе положил ей руку на плечо. — Давай лучше перейдем к делу.
Лиса резко повернулась к своим спутникам, чтобы высказать им все, что думает. И в этот момент вся троица вспыхнула.
Не пламенем. А каким-то странным, шипящим, неестественным зеленоватым огнем. Как будто их дорогие костюмы и даже кожа были пропитаны горючим. Они закричали — не от боли, а от ярости и удивления.
Я не стал ждать. Выскользнув из-под ослабевшей ноги Лисы, я молнией метнулся к выходу, работая ногами так, как никогда в жизни.
Дело было не в воде. Дело было в том, что именно в ней растворилось, когда она лилась с потолка.
Ржавчина. Бетонная крошка. Пыль. И ещё кое-что, что я добавил в водяной бак системы пожарной безопасности. Кое-какой гостинец от наноботов.
Да, после кухни я по совету Алисы не сразу ломанулся в главный зал. Я предполагал, что меня там могут ждать. И решил подстраховаться. Заскочил в технические помещения, где нашел резервуар с водой…
Волк отражал мои удары пальцем. Через касание я передал ему «сюрприз». Лиса прижала меня туфлей — она тоже получила свой «гостинец». Сокол коснулся плеча Лисы — и тоже получил от нее «презент».
И когда «сюрприз», «гостинец» и «презент» столкнулись со льющейся с потолка жидкостью… произошло то, что произошло. Много огня и криков.
Я несся по коридору, высунув язык, как загнанная собака. Легкие горели, каждый вдох отдавался болью, но я не останавливался. За спиной раздавался треск пламени и крики. Но это были не крики боли. Это были возмущенные, полные аристократического негодования вопли. Кажется, три мои цели S-класса были куда больше расстроены испорченными нарядами, чем самим фактом горения.
— Неплохо мы их поджарили, босс, — бодро прокомментировала Алиса в моей голове. Ее голос, вернувшийся в самый нужный момент, был сейчас как бальзам на душу. — Наш маленький алхимический трюк сработал идеально.
— Объясни еще раз, что это была за дьявольская смесь, — прохрипел я, сворачивая за очередной угол. — Вдруг мне на экзамене пригодится…
