— Так! — я сунула цветы обратно Исмиру, глубоко вздохнула и рявкнула: — Идите вы… отсюда. Оба! Хватит с меня необузданных страстей и выяснения отношений. Ну?
Эринга как ветром сдуло. Он-то знал меня лучше. Зато Исмир не двинулся с места, только букет положил на столик.
— Регина…
Я подняла руку.
— Повторяю. С меня хватит. Давай поговорим завтра.
Он добела сжал узкие губы и вдруг оказался рядом.
— Мне не нравится, что Эринг спит… — пауза и: — у тебя.
Надо же, сумел-таки проглотить «с тобой»!
— Очень жаль, — произнесла я сдержанно.
Голубые глаза сузились, на заострившихся скулах блеснули льдистые чешуйки.
— Жаль? — повторил он медленно. — Это все, что ты можешь сказать?
Наверное, будь я в нормальном состоянии, коленки бы затряслись. А так хотелось только лечь, закрыть глаза и получить законные восемь часов покоя.
— А надо что-то еще? — вопросом на вопрос ответила я.
Он нахмурился и скрестил руки на груди.
— Не делай вид, что не понимаешь.
— Не понимаю, — возразила я. — С какой стати я должна перед тобой отчитываться?
На этот раз Эринг появился вовремя. С топотом пронесся вниз по лестнице, затормозил рядом со мной и ловко чмокнул в щеку:
— Извини, мне пора!
Подхватил свое пальто, покрытое уже засохшей грязью, и был таков.
Исмир, еще пару мгновения посверлив меня взглядом, отрывисто кивнул на прощание и тоже ушел.
Уф! Я перевела дух.
Не спорю, секс — штука приятная и полезная для здоровья… Но как же это все утомительно!
Перед сном еще следовало заглянуть к Бирте. Неприятные вещи не стоит откладывать на потом, лучше вскрыть, как абсцесс.
Я по-быстрому сжевала на кухне бутерброд и отправилась в комнату служанки. Для приличия постучав в дверь, поинтересовалась негромко:
— Можно?
— Входите! — бодро отозвались изнутри.
Медсестра суетилась немного в стороне. Она уже успела переодеть и расчесать Бирту, навести порядок в импровизированной палате и даже раздобыть где-то пеленки и нарядные ленты. Надо думать, Бирта заранее готовила приданое для малыша. Новорожденный тихо сопел на груди усталой молодой матери Умилительная картинка, прямо хоть сейчас на открытку. Впрочем, лучше подождать, пока ребенок станет не таким багровым и сморщенным.
Я подошла ближе, присела на стул рядом с постелью, покосилась на сморщенное личико. У меня детей не будет — внебрачного ребенка мне не простят, а замуж я не собираюсь.
— Госпожа, — негромко и хрипловато сказала Бирта. В глазах ее блестели слезы. — спасибо вам! Вы позвали доктора и… И даже назвали моего малыша! Это такая честь! Я вам очень, очень благодарна!
Я вздохнула.
— Боюсь, все не так просто.
В больших светлых глазах мелькнула настороженность. Надо думать, она решила, что я заговорю о деньгах, потому что начала сбивчиво:
— Вы не думайте, я… я отработаю! Я…
Я подняла руку.
— Не в этом дело. Послушай, — я прикусила губу, мучительно подбирая слова. От усталости в голове мутилось. А, к Хель! И я сказала напрямик: — Я назвала твоего сына Офейг — «не обреченный на смерть». Доктор Рунульф говорит, что ребенок был нежизнеспособен.
Бирта вскрикнула и побледнела.
— Сейчас с ним все в порядке, — продолжила я быстро, пока она не успела напридумывать ужасов. — Но ты должна знать, что теперь он — посвященный Хель.
— Что? — спросила она слабо.
Я объяснила предельно четко:
— Офейг — будущий Проводник мертвых.
— Но… — пролепетала она. — Как? Я же обычный человек!
— Ты — да, — я посмотрела на нее выразительно. — Твой сын унаследовал кое-какие способности отца.
— Нет! — она даже замотала головой. — Ханзи не…
Я вздохнула, стараясь не раздражаться.
— Вероятно, в Ханзи проснулась кровь Бальдра. В любом случае, Проводники мертвых получаются только из новорожденных магов, которые умирают до получения имени.
В круглых глазах Бирты — слезы и неверие.
— Ладно, — я похлопала ладонью по покрывалу. — Поправляйся. А я пойду.
И вышла, провожаемая тихими всхлипами.
День начался прекрасно, хотя бы потому, что я выспалась. Я потянулась и прислушалась. Хм, надо же, тихо! Неужели младенец такой смирный? Или просто я с устатку спала, как убитая?
Я набросила халат и отправилась на кухню. Придется самой браться за кастрюли и сковородки. Или дома перекусить, а нормально поесть в каком-нибудь ресторанчике? Я сварила кофе, на скорую руку настрогала бутербродов и добыла из ящика свежую прессу. Так, что тут у нас?..
Десять минут спустя от моего умиротворения не осталось и следа.
Тон статей был какой-то истеричный. Мол, волна насилия захлестнула Ингойю! Сплошная поножовщина, драки, наркотики. А еще куча «авторитетных» мнений о предстоящем солнечном затмении. Банальное астрономическое явление превратили чуть ли не в конец света. Дескать, ждет нас полная темнота недели на две-три. Другие специалисты были более сдержанны и объясняли, как и когда можно будет полюбоваться феноменом. Тут же красовалась скромная реклама: «Наблюдайте за солнцем безопасно! Стекла братьев Люмьер и племянников»
