Маккиавели рисует у Жоли план государственного переворота так, как он действительно был совершен Луи Наполеоном Бонапартом. В Диалоге 8-м он говорит, что народ ему простить его преступление:
«Вы знаете, народы чувствуют какую-то тайную любовь к гению, крупному по грубой силе. При каждом акте насилия, отмеченном талантом и искусством, вы услышите, как все будут говорить, с выражением удивления, в котором совершенно забудется порицание: это, конечно, непохвально; но как это ловко сыграно и великолепно сделано» [58].
В номере 10-м «Сионских Протоколов» мы читаем:
«Народ питает особую любовь и уважение к гениям политической мощи и на все их насильственные действия отвечает: подло-то подло, но ловко… Фокус, но как сыгран, столь величественно нахально» [59].
Маккиавели иллюстрирует затем у Жоли факт создания престижа правителя, после применения системы беспощадного террора, примером Суллы:
«После страшного кровопролития, произведенного им в Италии, Сулла смог появиться снова в Риме в качеств простого частного человека. Никто не тронул волоса на его голове» [60].
В номере 15-м «Сионских Протоколов» мы читаем:
«Вспомните пример того, как залитая кровью Италия не коснулась волоса с головы Суллы, который пролил эту кровь» [61].
Французское слово Sylla из текста Жоли было при этом переведено «Силла», а не «Сулла», [62].
Для нас теперь выясняется, почему политическая программа Царя Иудейского в «Сионских Протоколах» так сильно напоминает политику абсолютизма или бонапартизма. Подделыватель копировал «Диалоги» Жоли, которые, хотя и саркастически, рисуют нравы бонапартистской реакции.
В 17-м Диалоге Маккиавели рисует чудовищную, всезнающую, всюду проникающую бонапартистскую полицию, которую он сравнивает с богом Вишну:
«Вы имеете сто рук, как индийский идол, и каждый из ваших пальцев держит пружину» [63].
Этому месту соответствует 17-й «Протокол», в котором мы читаем:
«Наше царство будет аналогией божка Вишну, в котором находится олицетворение его — в наших ста руках, будет по пружине социальной машины» [64].
Сравнение с богом Вишну делается у Жоли еще второй раз, а именно в 12-м Диалоге [65], где Маккиавели говорит о правительственной печати:
«Как бог Вишну, пресса моя будет иметь сто рук, который она будет протягивать всем нюансам общественного мнения на всей поверхности страны».
Соответственно этому второе сравнение с богом Вишну имеется в 12-м из «Сионских Протоколов»:
«Они, [66], как индийский божок Вишну, будут иметь сто рук, из которых каждая будет щупать пульс у любого из общественных мнений [67].
Маккиавели влагает в уста своего правителя-узурпатора требование об отожествлении политических и уголовных преступлений.
«Я более не допускаю различия между преступлениями общеуголовными и политическими… Общественное мнение, видя, что конспиратор ставится на одну доску с уголовным преступником, приучится к тому, чтобы относиться с одинаковым презрением к обоим» [68].
«Протокол» № 19 говорит:
