Процесс тамплиеров полностью

Поскольку все эти четверо без исключения прилюдно и добровольно признались в преступлениях, вменявшимся им в вину, и не отрицали своих первоначальных показаний, по всей видимости не собираясь от них отказываться и впредь, совет тщательнейшим образом рассмотрел множество сопряженных вопросов и, заседая во дворе собора Нотр-Дам в Париже, в понедельник после дня св. Георгия, вынес решение, согласно которому они приговаривались к пожизненному тюремному заключению в особо суровых условиях. Но, увы, когда кардиналы уже сочли дело закрытым, совершенно неожиданно двое из осужденных, а именно великий магистр и приор Нормандии, выступили с ошеломившей всех самозащитой, обращая слова свои к кардиналу, который только что прочитал проповедь, и архиепископу Санскому, и вновь отреклись от своих показаний, сделанных ранее, а также от всего того, в чем когда-либо признавались104.

***

Так развеялись сомнения, тучами окутывавшие великого магистра во время процесса. Он был уже стар, за 70, и почти 7 лет провел в тюрьме. Страстная надежда на справедливое решение папы, которую он питал столь долго, даже во время организованной защиты ордена самими тамплиерами, не оправдалась.

Ошеломляющее выступление этих двух людей на какое-то время поставило кардиналов в тупик. Хронист продолжает:

Затем их просто передали в руки парижского прево, который присутствовал на совете, а сами кардиналы решили как следует обдумать случившееся. Но как только новости эти достигли королевского дворца, король, посоветовавшись с опытными людьми из своего окружения, однако не спрашивая совета у представителей духовенства, к вечеру того же дня приказал сжечь обоих преступников на одном из маленьких островков Сены, находившемся между королевским садом и монастырем св. Августина. Можно было наблюдать, как они готовятся принять смерть на костре — исповедавшись, с легкой душой и чистой совестью, проявляя волю и мужество, и все, кто это видел, были восхищены и поражены мужеством и стойким желанием полностью отрицать свою вину. Остальные же двое были брошены в застенок в соответствии с вынесенным приговором105.

Казнь бьут проведена так поспешно, что позднее обнаружилось, что островок Иль-де-Жавио, или Еврейский остров, на котором сожгли руководителей ордена, принадлежал не королю, а монахам Сен-Жермен-де-Пре, так что Филиппу пришлось послать письменное разъяснение, подтверждавшее, что это ни в коей мере не является посягательством на права монастыря106.

Героическая смерть Жака де Моле и Жоффруа де Шарне быстро обросла множеством легенд. Ранним утром в субботу 20 апреля умер папа Климент107. 29 ноября того же года умер Филипп Красивый108. Согласно легенде, Жак де Моле перед смертью призвал их обоих явиться с ним вместе на Суд Божий не позднее чем через год109. Отношение Джованни Виллани к этим событиям также весьма красноречиво:

***

После чего на короля Франции и его сыновей обрушился немалый позор, и они обрели множество врагов — как из-за этого греха, так и из-за нападения на папу Бонифация… Замечательно, что ночью, после того, как великий магистр ордена и его товарищ погибли мученической смертью, их пепел и прах были собраны братьями-мирянами и другими верующими и, подобно священным реликвиям, унесены и спрятаны в надежные и святые места110