Эмилия была уверена, что её долгожданные каникулы на солнечных Карибских островах пройдут самым наилучшим образом. Все было бы именно так, если бы мелкий воришка не украл её рюкзак с деньгами и документами как раз в тот момент, когда она еще не успела расплатиться за дорогой обед в одном из местных ресторанов. И что теперь делать, если запланированный отдых превращается в принудительную отработку за неоплаченные блюда? Пять дней официанткой было бы проще пережить, если бы не грубый и нахальный бармен, который ненавидит и презирает ее с первой минуты знакомства. Содержит нецензурную брань.
— Хорошо, пап, конечно! Каждый день! — я уже в четвертый или пятый раз торопливо пообещала звонить родителям, когда меня снова обхватили сильные папины руки, и крепко сжали в объятиях. Нельзя сказать, что мой отец был сентиментальным, но все же он впервые отправлял дочь в путешествие самостоятельно, поэтому и вел себя так непривычно.
— Перелет будет длиться всего полчаса, после посадки сразу и позвонишь! Поняла? — нехотя оторвав меня от себя, папа погрозил пальцем, как маленькому ребенку. Хотя, я, наверное, буду так же переживать, когда через лет …надцать мое чадо будет рваться на волю. Я ободряюще улыбнулась родителям, и, крепко сжав ладони мамы и папы в своих, еще раз клятвенно пообещала отзвониться.
— Надеюсь, тебя там посадят, селедка! — подал голос Сережка, мой мелкий вредный брат, который от чего — то ненавидел меня всеми фибрами души, и при каждом удобном случае напоминал об этом. Папа тут же влепил ему заслуженный подзатыльник, а я показала язык.
— Тогда, когда меня выпустят, я первым делом примчусь к тебе, вся в наколках, закаленная пуэрториканской тюрьмой, и отомщу за все гадости, которые ты мне делал, засранец! — фыркнув, тот уткнулся в свой телефон, и демонстративно развернулся ко мне спиной. Ууууу, как же он меня бесит!
Последний раз поцеловав маму в мокрую от слез щеку, махнула им рукой, и быстрым шагом отправилась на посадку. Не то, чтобы мама волновалась за меня, нет, думаю это были слезы гордости! Она в последнее время все чаще повторяла, какая я уже взрослая и самостоятельная! Что, честно говоря, мне дико льстило. Я обожаю свою маму! Она является для меня примером во всем, начиная с моды и заканчивая умением держаться в обществе! Легкая в общении, веселая, она быстро находит язык с людьми, и с первой секунды располагает к себе! Не зря папа в ней души не чает, и так чертовски приятно ловить его восторженные взгляды, посвященные ей, даже когда она этого не видит. Зато вижу я, и не устаю благодарить Бога за таких родителей! Они делают все для нашего с Сережкой блага. И если он пока еще этого не понимает в силу своей тринадцатилетней тупости и заторможенности, то я знаю точно, что когда бы нам с ним что-либо не понадобилось, в какие бы неприятности мы не вляпались, родители будут рядом! И пусть потом надерут уши и расскажут куда бежать, но сначала вытащат, проверят целы ли кости, и на месте ли мозги.
Обернулась напоследок, чтобы увидеть, как они умиленно провожают меня взглядом, а Сережка, зараза, даже обернуться не соизволил. Мама послала мне воздушный поцелуй, а папа поднес ладонь к уху, и сложил пальцы в форме трубки, напоминая, что я должна ему позвонить, заставив меня улыбнуться.
Благо от Доминики до Сан — Хуана лететь быстро, так что уже совсем скоро я окажусь в городе, который мечтала посетить уже несколько лет!
Мы с легкостью могли сделать это вместе с родителями прямо сейчас после совместного отдыха в Доминике, но не зря ведь я копила последние три года на эту поездку. Каникулы в Сан-Хуане — моя проверка, так сказать, перед поступлением в один из Американских вузов. Папа настаивает, чтобы в следующем году, по окончанию школы, я поступала в МГУ, но мама сказала, что если эта поездка пройдет без происшествий, и я сама справлюсь в чужой стране, то она не будет против обучения в Йеле. Йель — еще одна моя хрустальная мечта!
Точнее, она-то основная, и не может сравниться по значимости с визитом в Сан-Хуан, но все же от второй прямо пропорционально зависит первая! Так что, на данный момент, для меня важно никуда не вляпаться, и через месяц вернуться домой в целости и сохранности!
Будучи уверенной в том, что так все и будет, я вставила в уши наушники, и ровно на полчаса выпала из реальности, слушая любимые треки, пока самолет сокращал расстояние до Пуэрто-Рико. Как только отыскала свой багаж и вышла из здания аэропорта, решила набрать отца, тем самым показывая, что я выполняю обещания, папа!
— Все в порядке, дочь? — отец явно ждал, когда я позвоню, потому что ответил сразу после первого гудка.
— Да, отлично! Сейчас возьму такси и поеду в центр.
— А почему не на автобусе? Ты же у меня самостоятельная, и на автобусе доберешься, — слышу, как он там саркастично улыбается.
— Нет, спасибо! Я лучше самостоятельно возьму такси.
— Ну давай, давай! Тебя Эльвира встретит?
— Да, она дала мне адрес куда нужно подъехать, и сказала, что будет ждать на месте в одиннадцать.
— Хорошо, позвонишь, когда доедешь!
— Пааап! Давай хотя бы вечером, ну что я как малый ребенок буду тебе каждые полчаса звонить?
— Эма! Через полчаса! И ни минутой больше! Так уж и быть, завтра разрешу тебе звонить через каждый час! — пришлось согласиться, чтобы отец не взял билет на следующий рейс до Сан — Хуана и не провел меня лично к Эльвире. Он может, не сомневайтесь!
