Прованс от A до Z полностью

Тем не менее орган выстоял. К XIV веку он уже широко распространился в церквях, его нашли вполне подходящим для применения в религиозных целях. Потребность в органах превысила производственные мощности монахов, и появилась новая мирская специальность: мастер органов, facteur d’orgues, троих представителей которой я и обнаружил в воклюзском телефонном справочнике.

Мой любимый facteur d’orgues — Жан-Эспри Иснар, а причина, по которой я так в него влюбился, — его полное пренебрежение к таким параметрам, как меры, размеры, издержки, когда речь идет о поисках совершенства. Иснара пригласили из Тараскона в 1722 году для строительства органа для великолепной базилики в Сен-Максимен-ла-Сент-Бом. Как заведено в случае таких масштабных проектов, был составлен devis, расчет, с указанием размеров и иных характеристик нового органа. Иснар принялся за работу, однако, озирая простор нефов базилики, пришел к выводу, что орган, который он взялся строить, для данного помещения маловат. И он увеличил свое детище. И еще раз увеличил. Это заняло два года, и когда он завершил работу, орган получился вдвое больше задуманного. Высота его составила не 4 метра, а все 8, добавилось 112 труб из специального сплава — некоторые весом в 300 килограммов. Странно, что хроники не сохранили откликов заказчиков на повышение стоимости органа, явно немалое.

Шедевр Иснара, разумеется, гигант, но не самый большой среди органов Прованса. В церкви Сен-Венсан в Роквере (город между Аптом и Тулоном) сооружен современный орган высотой в 14 метров. Другие тяжеловесы находятся в соборе Ла-Мажор в Марселе, в церквях Сен-Мартен в Сен-Реми, Сен-Симфорьен-ле-Карм в Авиньоне, Сен-Сезар в Арле. Большинство городов Прованса с богатым событиями прошлым обзавелись своими органами, и каждый год проводится несколько органных фестивалей. Для желающих совместить культуру с гастрономией — прекрасная французская привычка — организован «маршрут органов» Обань — Аллош. Между экскурсиями по церквям и органам устраивается перерыв для repas gastronomique, гастрономического приема пищи, а в Аллоше перед вечерним концертом предусмотрена дегустация напитков.

Это провансальское слово означает семейный фермерский дом с усадьбой. Поскольку слово это вызывает представления о домашнем уюте, милой старине, сельской идиллии, его активно используют в названиях своих заведений владельцы гостиниц и ресторанов, дабы заверить клиентов, что их здесь обеспечат всем упомянутым. Несомненный чемпион Прованса — великолепное заведение в Ле-Бо под названием «Усто де Боманьер». Я бы не сказал, что так выглядит дом мелкого фермера. Тринадцать номеров повышенной комфортности, шеф-повар с двумя мишленовскими звездами, прекрасная терраса с видом на Альпий и небольшая армия вышколенной прислуги, готовой мгновенно насытить вас трюфельными равиолями и лангустинами. Добро пожаловать!

Интриги, шантаж, вымогательство, организованная преступность — звучит, как будто мы обратились к «Крестному отцу», а не к одному из адресов высшей религиозной инстанции. История с географией папского престола началась в 1303 году. В Риме обстановка сложилась в высшей мере дискомфортная. Мятежи местного населения, нашествия иностранных армий, постоянная грызня между локальными и региональными бандами… Никто в Риме не мог чувствовать себя в безопасности, не исключая и князей церкви.

Ситуацией воспользовался Филипп IV Красивый, король Франции. Не помышляя о справедливости, всеми доступными средствами, особенно широко применяя подкуп, он добился избрания француза на папский престол. Новый папа взял себе имя Климент V и тут же принял приглашение Филиппа, позволившее ему избавиться от римских неприятностей, и перебрался в более спокойный Прованс. В 1305 году начался авиньонский период папства. Длился он 73 года, и в это время взгляды католического мира устремлялись к Провансу, а не к Риму, благословения и наставления католики ожидали из Авиньона. На этот период падает правление семи пап: после Климента V избрали Иоанна XXII, затем Бенедикта XII, Климента VI, Иннокентия VI, Урбана V и Григория XI. Из них ни один не был итальянцем. По не слишком удивительному совпадению все они французы.

По уровню коррупции авиньонские папы не уступали римским, а склонность к крупномасштабному строительству как будто почерпнули из фильмов об итальянской мафии. Возвести новый дворец, переплюнуть предшественника — веяние того времени. Началось с Иоанна XXII, перестроившего архиепископский дворец, дабы отразить величие нового владельца. Но Бенедикта XII этот дворец не устроил, он приказал соорудить новый, намного больше. Папа Климент VI не захотел отставать, воздвиг еще один. Интересно, что денег у него все же осталось достаточно, чтобы в 1348 году купить Авиньон у графини Прованской. Объем сделки составил 80 000 флоринов.