– И этот прослезился, – сказал отец. – Сама ревёшь и других вгоняешь в слёзы.
– Я тоже плачу, – всхлипнув, сообщила Лисса.
– Хочешь, поплачем вместе? – предложила Настя. – А то отец не дал мне выплакаться.
– Ваше величество! – ворвался в гостиную секретарь. – Ваш маг кончается! Похоже, что от яда! Он хочет видеть принцессу Настю.
– Пойдём! – сказал король дочери. – Не время тебе плакать.
К Бошару не шли, а бежали. Наверное, это был очень редкое зрелище, потому что вид бегущего по коридору короля ввергал видевших это придворных в ступор. Когда отец распахнул двери, и они вбежали сначала в гостиную, а потом в спальню, старик был ещё жив.
– Слава богине, что ты здесь! – прохрипел он, уставившись на девочку полными боли глазами. – От этого яда нет лекарств, но магия мешает умереть. Прошу тебя, забери мою силу и освободи от мук!
– Что с ним? – спросил король у стоявшего здесь же мага, который занимался лечением слуг. – Это лечится?
– Нет, ваше величество! – ответил он, со страхом глядя на Настю. – Это магический яд, от него не существует противоядий!
– Ушёл и забыл всё, что здесь было! – сверля его взглядом, сказал король. – Одно только слово – и оно станет для тебя последним! Вон!
Маг выбежал из спальни, будто за ним гнались демоны. Настя подошла к Бошару, поцеловала его вспотевший лоб и отдала приказ браслету. Отбор силы длился считанные мгновения, после чего старик сразу затих.
– Отмучился, – сказал отец, коснувшись рукой его виска. – Нас обложили со всех сторон. Пожалуй, я опоздал со своими приготовлениями. Ну что же, понадеемся на тебя и на удачу. Больше мне надеяться не на что.
– Неправильно это! – сердито сказала Настя. – Даже мне понятно, что когда меняется жизнь, должны меняться законы! Когда жрецы помогали богине, их нужно было защищать, сейчас они живут для себя, а законы не поменялись. Если богине плевать на то, что у вас происходит, может, и нам плюнуть на мешающий закон? Возможно, она давно его отменила, просто не считает нужным ставить вас в известность?
– Может и так, – вздохнул отец. – Только это ничего не меняет. Даже если я отдам такой приказ, армия его не выполнит. Когда-то наших предков так напугали, что до сих пор в каждом из нас сидит этот страх. Ты от него свободна, поэтому не поймёшь. Если хочешь, иди к младшей. Теперь у тебя будет больше поводов для рёва.
– Знаешь, отец, мне почему-то расхотелось реветь, – ответила девочка. – В душе печаль и ненависть. Сегодня я потеряла двух друзей и постараюсь, чтобы виновные за это ответили. Пусть я отомщу не сейчас, а через годы, но это будет!
– Один – это Бошар, а второй – твой слуга?
– Смешно, правда? Принцесса и слуга. Только я не рождена принцессой, и дружба для меня важнее титулов. Мне кажется, что Верн полюбил меня так, как мог бы полюбить дочь. Дочерей у него не было, одни сыновья. Ладно, пойду к себе. Отец, сходи к Лиссе. Ты хоть помнишь, когда в последний раз её обнимал? Или такого не было? Эта малышка не виновата в твоей потере, для неё это ещё большее горе! Лисса страшно одинока, и для неё мои объятия не заменят твоих. Ей сейчас очень плохо из-за отъезда сестры. Ты её приговорил, так подари напоследок хоть каплю своей любви!
– Я не зря ввёл тебя в семью, – сказал он и вышел из спальни Бошара.
«Знал бы кто-нибудь из подруг, что Настя Никитина стала принцессой, – идя по коридору, с иронией думала она. – Вот было бы зависти! А я убежала бы отсюда со всех ног! Сегодня зарезали моего слугу, а завтра придут резать меня. Нет, вру, уже не убежала бы, а если заставят бежать, рано или поздно вернусь. В какой-то книге я вычитала, что мстить нужно с холодным сердцем. Наверное, такое пишут те, на кого толком не наезжали. Если в сердце ненависть, оно уже не будет холодным. Хотя месть – это что-то мелкое. Назовём её возмездием, и она сразу примет справедливый и благородный вид. Ладно, надо будет попробовать быстрее уснуть, а не терзаться полночи. Завтра с утра нужно собрать вещи и взять часть золота из казны. Когда я ещё попаду к этим Раджам! И надо посмотреть, в каком состоянии кожаный костюм. Если начнётся заварушка, гори всё огнём, но я первым делом в него переоденусь. Драться в юбках – это нужно не иметь ума!»
К её приходу в гостиной были убраны все следы крови, и лишь лежавший на столе нож напоминал о разыгравшейся здесь трагедии.
За столом было непривычно пусто, и позавтракали быстрее обычного. Как всегда, отец первым покинул трапезную, а вслед за ним ушёл Джастин.
– Знаешь, а отец меня вчера поцеловал! – поделилась Лисса, когда девочки встали из-за стола. – И сегодня пригладил волосы. Это не ты его попросила?
– Что ты, сестрёнка, конечно, не я, – улыбнулась Настя. – Давай пойдём в твои комнаты, у меня к тебе важный разговор.
– Пойдём, – с готовностью согласилась малышка. – А о чём будем разговаривать?
– Может случиться так, что нам придётся срочно уехать. Ты ведь поедешь со мной?
– Из-за этого увезли Ларру с Недором? – спросила Лисса. – Что-то может случиться?
