— Настён. Кто тебя просил перемывать сковородки и кастрюли? Специально оставила одни тарелки?
— Простите, я так привыкла. Чего стоять без дела рядом с плитой, когда время можно использовать более целесообразно?
— Однако… И второе. Коль мы вынуждены некоторое время быть вместе, прошу тебя дома не называть меня по имени отчеству. Коробит, если честно. По имени, но без Стасиков и котиков, хорошо? На работе всё по-прежнему.
Видел, что девушка беззвучно хохочет. Подошёл ближе и сграбастал руками клубок, во что свернулась девушка, и отнёс в «её» комнату. Положил на кровать и прикрыл толстым тёплым покрывалом. Лёг рядом сбоку и обнял.
— Ты спрашивала, почему я сегодня нарушил свои правила и вмешался в реальность, помогая совершенно незнакомому человеку? Я обещал, что расскажу, поэтому лежи спокойно и слушай…
Рассказывал долго, почти час. Это за гранью события проносятся вихрем, а в реальности пришлось затратить много времени. Когда закончил, взглянул на лицо девушки. Кажется, все, что я говорил, она пропустила через себя. Встревоженная, взволнованная и напряжённая.
— Как спросил и на работе — что бы ты сделала на моём месте?
Не думал, что Настя ответит не сразу, а потом сообразил — в её голове эмоции ушли на второй план. Сейчас работал аналитический ум.
— Логичнее было бы нейтрализовать саму причину, после которой жизнь Ольги сменила вектор движения. Создать условия, при которых любовник женщины потерял власть в городском управлении, а лучше, чтобы вообще уехал отсюда навсегда. Меньше энергетических затрат, а вся неразбериха вокруг клиники Ольги через некоторое время сошла бы на нет сама собой. Приблизительно через полгода. Второй вариант, если брать за основу, что человек доведён до отчаяния, можно было бы надавить на того мужчину, чтобы дал признательные показания в своих поступках — отозвал претензии и остановил проверки. Что в одном, что в другом случае результат был бы приблизительно одинаков.
— Может ты и права, — после раздумий, прокрутив варианты, предложенные Настей, даже немного расстроился. Я сделал, что, на мой взгляд, было нужно, но чего можно было избежать и буду за это расплачиваться. То, что было в офисе, ещё цветочки. Основное получу, зная по прошлому опыту, сегодня ночью. К тому же девчонка будет рядом. Надо ей видеть, как меня будет выворачивать наизнанку несколько часов подряд, когда хочется не выть, орать что есть сил от боли во всём теле? И сейчас ничего не остаётся делать, как предупредить малышку. Испугается до смерти, когда увидит меня такого.
Рука, на которую опирался, давно затекла, уже не чувствовал, лёг на спину.
— Настя. Прости, что втянул тебя в свои проблемы, но это даже не самое страшное. То, что со мной было в офисе, это лишь слабая первая волна отката за вмешательство в реальность. Сегодня ночью, может и завтра утром мне будет очень плохо. Прошу об одном — не пугайся, если я буду стонать или выть. Понимаю, дурацкие слова, но это лишь внешние признаки. Прошу — не входи в мою комнату. Не хочу, чтобы видела меня настолько беспомощным и больным. Помочь ничем не сможешь, а вот я, от сознания, что ты рядом, буду сдерживаться и мои мучения лишь продлятся.
— И так каждый раз? — краем глаза увидел, что девушка, скинув одеяло, повернулась на бок, лицом ко мне. — И всё равно вмешиваешься, когда можно этого избежать? Хотя чего спрашиваю, когда знаю тебя, наверное, уже лучше, чем ты. Удивлён? Слава, вспомни, ты ко мне прикасаешься в перчатках или нет? Без них. Удивишься, но и я тебя научилась чувствовать. Ты ещё не вошёл в приёмную, а я знаю какое у тебя настроение и даже слова, которые приготовил для меня. Наверное, твой дар действует в обе стороны с человеком, с которым рядом проводишь долгое время. Кроме того, я… нет, рано об этом говорить. У тебя дома есть снотворное и обезболивающее? Если да, прими перед тем, как ляжешь в постель. Если нет — сбегаю в аптеку и куплю что надо.
— Всё есть. Думаешь, поможет? — спросил, внезапно понимая, что рядом не наивная девочка, а умудрённая жизненным опытом женщина.
— Всяко легче будет перенести первые приступы. Слава, время позднее. Пора тебе принять душ и ложиться. Или я буду первой?
— Давай ты. Пойдём, у меня есть запас новых зубных щёток и дам банное полотенце. Не волнуйся. Совершенно новое.
— Ты так говоришь каждой своей женщине? — за моей спиной раздался совершенно спокойный голос, в котором не было ни капли ревности.
— Ошибаешься. Я никогда в этой квартире не оставлял женщину на ночь. Это моё правило, которое с твоим приходом было нарушено. Но ты — это совсем другое дело. Ты даже не… Прости, не туда завернул.
Настя приняла душ, вслед за ней пошёл и я. Удивительно, запах девичьего тела словно впитался в стены ванной. Волнительный тонкий запах, который совсем не был духами — девушка очень редко пользовалась парфюмерией. Почему, не знаю.
Перед сном выпил таблетки и почти мгновенно выключился.