Я вытащил остатки ужина, налил чаю.
– Давай-ка горяченького…
Из комнаты выглянула жена. На плечи она накинула одеяло – вот так, верхней половиной, и выглянула:
– Что-нибудь случилось?
– Нет-нет, – сказал я поспешно. – Ничего. Спи.
Она сонно щурилась на свет:
– Правда?.. Может, что случилось?
Гребенников улыбнулся ей:
– Нет.
И я сказал:
– Павел зашел к нам переночевать. Вот и все.
– Ты найдешь, что ему постелить? – спросила она.
– Найду.
– Одеяло в шкафчике.
И она ушла.
– Замечательный чай… – Гребенников медленно вертел в руках стакан. – …Замечательный чай. Мне ведь и правда надо бы у тебя переночевать.
– Я так и понял.
– Нет. Не только сегодня. А вообще. Пока я буду ее искать…
– Хорошо, Павел.
И я тоже стал отхлебывать понемногу чай. Теперь я понял: Гребенниковы жили в Подмосковье, и он не хотел терять время на ежедневные поездки туда-обратно.
– Я буду искать ее. Понимаешь – я не хочу время терять.
– Я понял.
– А твои домашние не будут против?.. То есть против…
– Ночлегов?
– Да.
– Нет, не будут. Ну а будут – тоже ничего. Потерпят.
– Стеснять мне бы вас не хотелось. Но мне очень надо ее найти.
Я ничего не стал расспрашивать больше – я постелил ему и пошел спать. Жена спросила сквозь сон:
– Что у него?
– Да ничего. Опять с женой не ладит.
– Вот бедняга… Это та самая Валя?
– Да.
– Вот это любовь, вот это муж!
…И где-то среди еле слышного ночного шепота она уснула.
