Макс уже было открыл рот, чтобы сказать что-то вроде: «Прямо здесь под дверью?», и скрыть за этой ироничной фразой собственное смущение, вовремя посмотрел в Ирины глаза, где плескалась паника, ограничился всего лишь кивком.
Открыв дверь, Ира решительно шагнула в прихожую. «Надо взять себя в руки!». Увидев себя в большом зеркале трельяжа, Ира не узнала себя – на нее смотрела суровая, сосредоточенная тетка с нахмуренными бровями, угрюмо поджатыми губами, вытянутыми в ниточку. «Это я! О, Господи, именно такой меня видит Макс!». Ира всегда придавала большое значение пухлости губ, на которую для нее природа, как ни крути, поскупилась. Будучи обладательницей скорее тонких, чем средних губ, Ира всегда с завистью смотрела на красоток типа Джоли. А тут ни губы, а просто какая-то катастрофа. «Как ужасно я выгляжу, когда «беру себя в руки, оказывается!». Вдруг Ира почувствовала прикосновение к собственным плечам, вздрогнула и отшатнулась. Ира погрузилась в свои раздумья гораздо глубже, чем планировала. Совсем забыла о присутствии того, из-за кого они в общем-то и возникли. Ира испуганно глянула на Макса, дернулась и, потеряв равновесие, начала заваливаться на пол, медленно, как в специальной съемке.
Макс, который всего лишь хотел помочь снять пальто, не ожидал такого поворота событий и еще сильнее вцепился в воротник ириного пальто. Ира стремительно выпадывала с вывернутыми руками из своего пальто. С опозданием в несколько секунд Макс сообразил, что держать нужно не пальто, а Иру, тем не менее попытался исправить положение и подхватить уже содержимое пальто, а не только его воротник.
– М-м-м, – Ира пыталась выбраться из под придавившего ее Макса и освободиться от связавшего руки полуснятого пальто.
– Ой, какой я неуклюжий! – Макс резко вскочил, но не рассчитал стремительности движений и запнулся о в спешке поставленную по середине коридора собственную сумку. – О, черт!
Макс ощутимо приложился головой об косяк и теперь потирал ушибленное место. Ира, уже успевшая сесть на полу, проверяла, насколько ее руки сохранили дееспособность. Кажется, она потянула правое предплечье и вывихнула левое запястье. Правая рука функционировала вроде бы нормально, несмотря на некоторый дискомфорт, а вот левой руке, похоже, досталось гораздо серьезнее – запястье сильно болело и уже припухло. Тем не менее Ира не могла удержаться от смеха, пытаясь представить, как могла выглядеть только что разыгравшаяся сцена для стороннего наблюдателя. Макс первые несколько секунд недоуменно смотрел на Иру, потом тоже засмеялся.
Несмотря на неприятные ощущения и боль, происшедшее разрядило атмосферу и, как ни странно, успокоило Иру. Именно падение, а не суровый взгляд, брошенный в зеркало, помог ей взять себя в руки, стать самой собой.
– Самое время заняться оказанием первой помощи, – Ира внимательно посмотрела на Макса, прикидывая, кому помощь требуется оказать в первую очередь.
– Да уж, – хмыкнул Макс и снова потер ушибленный затылок.
– Голова не кружится, тошнит, – настойчиво спрашивала Ира, проверяя, нет ли сотрясения.
– Нет, вроде бы нет, хотя, наверное, надо встать на ноги, тогда будет понятнее.
– Так, вот еще что. Посмотри на меня внимательно, а теперь заведи глаза максимально влево, так, теперь максимально вправо, – Ира вспомнила еще один способ экспресс-проверки, – видишь боковым зрением?
– Угу.
– Значит, сотрясения нет, слава Богу.
– Но шишка-то, шишка. Чувствую себя, будто вторая голова растет.
– Сейчас мы тебе лед к голове приложим, – Ира попробовала встать, неуклюже опершись левой рукой, рука подогнулась, и Ира, вскрикнув, снова упала на пол.
– По-моему, кое-кому первая помощь сейчас гораздо нужнее, чем мне, – грустно улыбнулся Макс. – Ваши руки, сударыня.
Макс подвинулся к Ире, сначала внимательно осмотрел ее правую руку, повертел ее, понажимал в разных местах, попросил сжать-разжать пальцы. Проверко Макс остался доволен.
– Небольшое растяжение.
Ира скривилась, даже небольшое растяжение – штука явно неприятная. Левая рука такой проверки не прошла.
– Здесь все гораздо запущеннее, как бы не было закрытого перелома, рука опухать начинает. Надо на всякий случай туго перемотать, а утром доктору показать.
С этими словами Макс, бережно поддерживая под правую руку, помог Ире подняться.
Пока Макс бинтовал поврежденную руку, Ира с удовольствием отметила, какие у Макса крепкие, надежные и в то же время чуткие и внимательные руки. На секунду задумалась и представила прикосновения этих чутких пальцев, совершающих путешествие по ее телу.
– Ты улыбаешься? – Макс поймал ее улыбку. – Я выгляжу забавно в роли медбрата?
– Я совсем не этому улыбаюсь.
– Вот как, а чему же?
– Ну, – Ира снова ощутила прилив смущения. – Можно я не буду отвечать? Или скажу позже.
– Очень хочется сказать: «нельзя» и применить пытки. Представь, как это будет выглядеть, через два дня ты мне говоришь, а помнишь… Так вот я тогда улыбалась, потому что… Мне, конечно, будет очень приятно, что ты держишь слово, но вдруг я уже не вспомню, что именно происходило, да и вообще, момент будет упущен.
– Через два дня?
