Уже метров через триста мы вышли на песчаный участок и увидели следы людей, ведущие в том же направлении. Плохо было то, что среди следов были следы и женской обуви, и следы голых маленьких ног. Оставалось надеяться, что хоть детей среди них не было.
– Плохо. На подходе к пещере, наверняка выставлен дозор. После прохождения заложников мимо них, они усилили бдительность, т.к. по этой дороге спокойно проедет БТР со спецназом на борту. Они сейчас сидят где-то на возвышенности и сканируют местность. Нас увидят и захватят. Достаточно будет одного дробовика, чтобы мы сдались. Мы сами пока делаем то, что не получилось у них.
– И что ты предлагаешь?
– Да ничего не предлагаю! Я просто пытаюсь думать и просчитать на несколько часов вперёд. Давайте обсудим, что мы имеем. Оживлённая туристическая тропа. Запас по времени у них до тревоги и объявления поиска – меньше суток. Значит, будут действовать в ближайшие десять часов. Плюс-минус три – четыре часа. У них девять человек. Среди них – женщины. Женщин быстро гнать бесполезно, т.е. скорость колонны будет ограничена. Чтобы увеличить скорость, надо избавиться от балласта, т.е. убрать женщин. Если им просто потребовались рабы, что оптимальный вариант для заложников, то их могут погнать вечером, чтобы сохранить женщин. Они все местные и луна полная, светит, как прожектор. Навряд ли здесь есть обрывистые скалы с узкими тропками. Это один вариант. Ваши предположения.
– Перепродать. Тогда выходить будут утром и женщины будут балластом.
– Вариант. Но ограниченность во времени, и наши могут поднять вертолёт. Они это учтут наверняка.
– Согласен. Так, призёр олимпийских игр, думай.
– Я призёр не олимпийский, а олимпиадный.
– Именно поэтому и в этой ситуации ты нам более ценен. У тебя тридцать секунд. Выкладывай всё, что придёт в голову. Даже видимую ересь. Время пошло!
– Их ведут в пещеру. Пещера как-то связана или была связана с дьяволом. Вокруг много капищ и предупреждений об опасности. Вы говорили о половцах, которые ели сырую печень врага. Если сюда подтянуть за уши ещё что-нибудь, то можно предположить ритуал и ритуальное жертвоприношение.
– Молодец. Ты хорошо высказал мои мысли. Сюда же можно добавить, что сегодня полнолуние, при котором чаще всего проводят ритуалы. Причина – не знаю. И сейчас не принципиально. Может, у них через тыщу лет кого вызвать можно, может, посвящение. Тогда им действительно нужно свежее человеческое мясо. Это значит, что резать их будут сегодня ночью.
– Получается три варианта исхода – утро, полночь и вечер.
– Утро маловероятно. Им ещё надо идти, а их уже ищут. Опасно. Отпадает.
– Правильно. Вероятнее всего или вечер, или ночь.
– Но ориентироваться на вечер.
– Правильно. Но мы абсолютно не знаем местность. Не знаем где дозор и как его обойти. Про оружие я даже и не вспоминаю.
– По обстановке нам, возможно, придётся разделиться. Сереж, я предлагаю тебе Никиту – рукопашника и Алёшку с копьём, которое можно кинуть. У тебя есть топорик. Мне – Мишку с топориком и Макса.
– Я не против. Парни, вы как?
– Нормально.
– Тогда идём бодро, но главная задача – это заранее вычислить дозор. До вечера время у нас есть. Если лопухнёмся с дозором – нам хана.
– Армейский принцип – самая короткая дорога в столовую – в обход командира. Лучше пойдём зигзагами, но скрываясь за валунами или лесом.
Насколько же обманчив чистый, прозрачный горный воздух. Нам пришлось пройти больше двух километров, пока мы достигли предгорья, с обильной зеленью. Огромные валуны, скатившиеся с вершин во время землетрясений, обеспечивали нашу скрытность, но и за каждым из них могли скрываться враги. А, судя по тому, что два человека уже были убиты, наша встреча могла решаться только или мы, или они. Но насколько мы готовы убивать? Дать по морде лица в драке – это одно, но свернуть шею? Жизнь расставит всё по своим местам. И вот впереди на тропе показалось место очень удобное для наблюдения за местностью. В стороны от него отходили тропки, но они вели вверх, в горы. Были они обводными или уводили в сторону, кто знает? Пришлось разделиться и рисковать, т.к. уходить и возвращаться – непозволительная трата времени. Я с группой ушёл влево. Макс явно нервничал. В прохладе леса капельки пота стекали по его лбу, слегка дрожали руки. Надеяться на него в бою было нельзя. Собственно, поэтому я и выбрал его себе, создав из группы Сергея боеспособный кулак, убрав слабое звено.
– Миш, судя по времени, мы достигли возможного места дозора. Теперь надо совсем тихонечко, но я из-за протезов не могу красться, поэтому тихо, если надо – ползком, вперёд. Разведай и назад.
– Хорошо. Я постараюсь.
– Постараюсь – предполагает возможность срыва. У тебя нет этого. Максимальная осторожность, тишина, невидимость. Понял?
– Понял. Сделаю.
