Оглашать свои думы я не стала. По всему видно, что Наташка и так думает о том же. Решить одним махом и наконец-то обрести порядочный статус, за который так радеет её семья, и избавиться от неблагозвучного – безработная и бездомная. Жизнь развернуть на сколько-нибудь градусов. Да… я понимала, что единственный человек, на чьё мнение она будет опираться при принятии такого решения, – это мнение крёстной.
– А что Ирина Аркадьевна?
– Что, что?! Да ничего! Всё то же: парень очень положительный и хороший, другого такого не будет…
– А-а-а…
Докучать боле вопросами было небезопасно. Внутри у Наташки всё было накалено до предела. Да… выбор, это всегда дело непростое. И сделать его человеку нужно самому…
Наташка закрылась у себя, думу думать, я занялась своими делами. Вернувшийся Жорж, зайдя, приветственно пофыркал, свёл строго брови, спросил:
– Спите?
– Вообще-то, ужин готовлю. – Я уставилась на него с недочищенным картофелем в руках.
– А что тихо так?
– Да так…
Объяснить происходившее ему должна Наташка, а не я. Если, конечно, захочет.
– Угу… угу…
Жорж ушёл к себе. Действительно, в атмосфере квартиры ощущалась многозначительная тишина. Каждый из нас, пребывая в её разных местах, серьёзно обдумывал что-то своё. Редкостное состояние для наших апартаментов.
Через час ужин был приготовлен.
– Кушать подано! Садитесь есть, пожалуйста!
Я перефразировала и перекопировала фразу из известной комедии, в надежде немного развеселить своих домочадцев. Не очень помогло. Наташка зашла в кухню, прихватив свою серьёзную задумчивость; Жорж, хоть и состроил забавное выражение на лице, внутри был сосредоточен.
Это был почти единственный раз, когда мы ужинали молча.
– Да… ничего не скажет! Что ей говорить! И не надо ни о ком другом думать… Паренёк хороший, вот об этом и надо думать… – Жорж разрушил затянувшееся молчание очень эмоциональной, но непонятной для меня тирадой.
Наташка посмотрела на него в упор, в глазах блеснули слёзы.
– Не подслушивай!
– Да это ж невозможно! К чему, Натали, грузиться всем этим! Что сказать, что сказать?! – Жора не смог усидеть от избытка чувств, вскочил, задвигался по кухне.
– Хватит читать мои мысли!
– Угу… Брать надо, и выходить…
Кусок картошки встал у меня поперёк горла. Наверное, пора бы привыкнуть к Жориным закидонам, но всё никак не получалось. Пребывая в очередном столбняке, я молча сидела и наблюдала за происходившим диалогом. Даже по большей части монологом. Жора комментировал неозвученные мысли Наташки, отвечал на непроизнесённые вопросы, энергично что-то объяснял, ласковым голосом успокаивал. Глядя на Наташку, можно было предположить, что у неё в горле тоже ком, только не продуктовый, а какой-то другой. Лишь едва заметно мелькающие эмоции на лице свидетельствовали о её вовлеченности в этот то ли диалог, то ли монолог…
Слушая и переваривая Жорин текст, я машинально отметила для себя два пунктика: Наташке не пришлось ничего рассказывать, он и так откуда-то всё узнал; и надо-таки мне ввести контроль над собственными мыслями, чтоб при случае, не оконфузиться. На миг где-то внутри промелькнул знакомый испуг, как при общении с Ириной Аркадьевной, но, слава богу, не задержался, и покинул, не оставляя следа. К концу ужина настроение выправилось, все подуспокоились и продолжали общаться уже в своём привычном, шутливо-смешном духе.
Следующие пару недель прошли спокойно. Жених ждал, Наташка думала. Отсутствие материального обеспечения, как ни странно, делало нас в определённом смысле более свободными. Было много времени для чтения, для прогулок и для размышления, что же всё-таки делать дальше. Размышления, конечно, мало помогали; будущее было занавешено сплошным, непроглядным туманом.
В один из дней Жора сделал интригующее заявление:
– Я сейчас уйду, а вечером к вам кто-то придёт, и вся ваша жизнь изменится. Вообще, всё изменится… окончательно и бесповоротно!
Он собирался по своим делам и высказал эту бравурную тираду уже обуваясь, перед дверью.
– Ох! Иди уже! Жизнерадостное явление!
– Правда, правда! Вот увидите и посмотрите!!!
– Да ладно… давай, пока!
Он сделал ручкой и закрыл за собой дверь.
– Не, ты слышала?! Единственное, что нам нужно, чтобы изменить жизнь, это чемоданчик с деньгами! И тогда всё чудненько изменится! У тебя есть кто на примете, кто может прийти и принести такой чемоданчик?!
– Теоретически, конечно, есть. Но мне вряд ли захочется именно таких изменений…
– Значит, нет! – подытожила я, и мы свернули эту ни к чему не обязывающую тему.
Но к вечеру гостей мы неожиданно дождались. Вернее, гостью.
– Алёнка! Откуда ты взялась?!
Наташка радостно обнимала стоящую на пороге девушку. Это была её подружка, с которой некоторое время назад она познакомила и меня. Появление Алёнки вызвало у нас обоих нескрываемое удивление. Кого-кого, а её, да ещё и здесь и сейчас никак не предполагалось увидеть.
– Мне Манечка ваш адрес дала, вот и приехала!
