- Опасность миновала, - прошептала Эмма. Я выкатился из-под кровати и забрался наверх, чтобы присоединится к ней. Мы, молча, сидели, пока не услышали, как захлопнулась входная дверь несколькими минутами позже. Облегчение промчалось по лицу Эммы. Она спрыгнула с кровати до того, как я смог потянуться и дотронуться до нее снова. Я согнул пальцы, интересуясь, как они могли оказаться столь пустыми, когда ее не было рядом, чтобы наполнить их.
- Куда ты идешь?
- Раздобыть немного еды. А ты не голоден? - Она вытянула пару хлопковых шорт и толстовку из сумки с вещами. Когда она осторожно потянула вверх свою нежно-розовую кофточку через голову, поправляя ее у швов на шее, и бросила ее на пол, у меня что-то опустело глубоко в животе.
- Хм... Я больше не могу раствориться прямо в воздухе. Тебе нужно сначала попросить мня об этом. - Во рту у меня пересохло, и я чувствовал, как сердце подпрыгивало туда, где оно быть не должно. Мне следовало бы отвернуться, но я не мог оторвать глаз от ее длинной, залитой солнечным светом спины.
- Я никогда не просила тебя уходить, Финн. Ты сам принимал это решение.
Я сглотнул и провел рукой по рту, следя за тем, как она надевает толстовку через голову и просовывает каждую длинную ногу в шорты. Я ни разу не видел, как Эмма переодевается, но теперь я увидел это, и я ни за что в мире не отдал бы это воспоминание.
- Ты голоден? - Она остановилась у двери и сдула прядь волос с глаз.
Я нервно рассмеялся, адреналин все еще приливал к ушам. Она и не догадывалась.
- Думаю, да.
Эмма вернулась с двумя дымящимися чашками кофе со сливками, сахаром и тарелкой, полной черничных кексов. Первый же кусочек черники и теплой выпечки взорвались у меня во рту, едва не расплавив меня. Я не пробовал еды так долго. Мне пришлось приложить много усилий, чтобы не застонать, пока еда растворялась у меня во рту. Эмма сделала маленький глоток кофе и улыбнулась, следя за выражением моего лица.
- Что? - спросил я, вытирая языком обратную сторону руки и глотая.
- Ты выглядишь так, будто пребываешь на Небесах.
Сидеть здесь, смотреть в ее глаза, соприкасаться коленями и посылать тем самым взрывные волны тепла по моим бедрам, я подумал, что возможно я и был на Небесах.
- А кто сказал, что я не там?
Я ухмыльнулся и наклонился сквозь крошечное пространство между нами, чтобы прижаться моими губами к ее. И Бог подсказывал мне, что она была куда вкуснее, чем кекс в моей руке, поэтому я оставил его в покое, чтобы притянуть ее поближе. Эмма прикусила губу и вырвалась из моей хватки.
- Что такое?
Она держала мою руку на ее коленях, водя кончиком пальца по внутренней части моей ладони.
- Мой папа... - Боль мелькнула на ее лице.
- Что такое? Скажи мне.
- Мэв сказала мне, что папа отправился в Ад. - Она подняла глаза, они были полны непролитых слез. - Это правда? Я не буду обвинять тебя во лжи, если это так, но...
- Эмма. - Я схватил ее за руки. - Он не в Аду. Она пыталась по больнее ранить тебя. Клянусь тебе, он в Раю. Он счастлив. В покое.
Эмма кивнула, и ее плечи опустились, но под поверхностью все еще было что-то хрупкое.
- Что случилось в том доме, Финн?
Я глубоко вздохнул и расслабился.
- А что?
- Потому что Кэш... с ним что-то не так. Он действительно не говорил со мной после того, что мы натворили той ночью, но здесь есть что-то большее. Я не чувствовала ее после пожара, но что, если это Мэв?
- Это не Мэв, - сказал я.
Эмма широко распахнула глаза.
- Ты уверен?
Я сжал руку Эммы и закрыл глаза. Моя сетчатка загорелась при воспоминании о душе, вытянутой из девушки, которую я люблю. Следя за тем, как Мэв закрадывается под ее кожу, словно это была шуба. Я распахнул глаза и улыбнулся так сильно, как только мог.
- Я уверен. Она никогда не вернется.
- Это отлично, но Кэш... - Эмма покачала головой. Мы должны помочь ему.
- Поможем. Мы исправим это, независимо от того, что это.
- Обещаешь?
Я кивнул и пополз вверх по ее телу, мягко прижимая ее к матрасу.
- Обещаю.
Пружины матраса скрипели под весом наших тел. Одеяла переместились и съехали. Я улыбнулся против щеки Эммы, задаваясь вопросом, как что-то настолько малое могло сделать меня настолько счастливым.
- У нас еще много забот, - сказала она, соединяя руки у меня на спине, чтобы притянуть меня ближе. - Например, где ты будешь жить?
Я кивнул, вдыхая ее аромат.
- Знаю. - Тепло моего дыхания заставило ее вздрогнуть, нежное легкое колебание высокой температуры прокладывало себе путь вниз по ее позвоночнику, затем обратно вверх через мой, как будто мы были единым целым, а не двумя отдельными личностями. Я провел кончиком пальца по ее ноге, начиная от колена, потом выше и выше, пока мои пальцы не сдались и не сжались на ее бедре. Эмма накрыла мою руку своей, ее глаза горели синим, как жарким пламенем.
Я хотел поцеловать ее. Черт, я хотел сделать намного больше, чем поцеловать ее. Но я не сделал. Вместо этого я убрал прядь волос с ее глаз и провел пальцами рядом со швами на ее шее. Гнев жег мои внутренности как кислота, зная, что, несмотря на все остальное, Мэв навсегда отметилась на Эмме.
