Любимые приёмы у Владистужевых – это всевозможные «заморозки», «метели» и «снежные» техники. Вторые являются выброшенными птенцами Рейвенов, поэтому «теневые» приёмы и «воздух» на хорошем уровне. Сложные противники. Первые сильны объёмными заклинаниями, а вторые как раз родственной мне силой. «Тень» позволяла отлично прятаться и создавать короткие телепорты. Ещё полтора часа назад я бы не рискнул сразиться с ними в прямой схватке, но сейчас я не был уверен, что у меня много времени. Однако я уже привык выполнять свои обещания, потому придётся поставить на быстрое развитие ситуации.
Позвонил Ире, что бездельничала дома, потому что на работе не было ни меня, ни всё ещё лечащегося Куро, и попросил прийти завтра к обеду. На её требование всё объяснить ответил, что она узнает обо всём завтра.
В кабинете встретил кошку. Недовольную чем-то, но здоровую. А в ней, в отличие от Куро, не один десяток пуль сидел, да и других ран хватало. Только она маг, а он нулевик. Поэтому она здесь сидит, а оперативник ещё полторы недели в больнице будет. Магия на обычных людей слабее действовала. Точнее, ввиду слабой насыщенности организма эфиром они не могли долго поддерживать наложенные лечебные конструкты.
– Танцуй, Ира. У меня для тебя две хороших новости, – проигнорировал я её настрой.
Она промолчала.
– Мы приступаем к расследованию.
– Нарасследовалась, опля.
– Тем более. Нам предстоит не менее опасная работа – это раз.
– Обрадовал, опля.
– И второе. Ты сейчас идёшь и одеваешься.
– Разве лорду не нравится мой наряд?
Наконец-то появились эмоции. Она встала и покрутилась. Чёртов костюм не скрывал ничего, кроме цвета волос. Я мысленно поблагодарил Хэлен за заботу о моём гормональном балансе. И подошёл к двери.
– Мне нравится. Мне не нравится, что ты ходишь в нижнем белье.
– Что-о-о?!
– Ты серьёзно считала облегающий комбинезон необходимым только для того, чтобы взаимодействовать с артефактным доспехом форменной одежды тени? – Я открыл дверь.
Девушка стояла с открытым ртом. Её дыхание с каждым моим словом становилось чаще и тяжелее.
– Тебе не пришло в голову накинуть хотя бы куртку на поддоспешник? – закончил я фразу, закрывая дверь.
Раздавшийся рык я слушал, уже выбегая из участка. Главное, чем я виноват? Шутка старая, не мной проделанная. А что раньше не сказал? Мне, как нормальному представителю мужского пола, нравился её прикид. Я и сейчас бы промолчал, просто не хотелось отвлекаться на убийства. Ведь нам придётся иметь дело с ублюдками, уверенными в своём праве творить что хочется. Почти обнажённая кошка вызвала бы их однозначную реакцию. А главное, ненужную реакцию свидетелей. Слишком открытая провокация. Мне же нужно совсем другое настроение зрителей. И так, если выживу, неприятностей не избежать.
Вздохнув, я дал газу. Рык разъярённой кошки звучал уже у дверей участка.
К моему удивлению, Юла не спала. Наоборот, она была трезва и серьёзна. И одета в тёплую пижаму, а не полуобнажена, как обычно.
– Привет? – поприветствовал её я.
Женщина молча развернулась и ушла вглубь квартиры. Я последовал за ней, забыв о привычном ритуале – шлепке по попе. Привела она меня в спальню, что обрадовало. Хоть что-то не изменилось.
– У меня было видение, – отстранённо произнесла она, сев на кровать и закинув ногу на ногу.
Если бы я не опирался о косяк, то вполне мог упасть.
За два с половиной года знакомства с Юлой у неё ни разу не было видений. Хотя… По крайней мере, мне об этом ничего не известно.
Самое удивительное тут, что перваки не способны работать с силой. И если они развивали чувствительность к эфиру, то могли ощущать не только упорядоченную энергию, сиречь заклинания, но и природные потоки магии. А магия, доступная людям, проходит через их эмоции и разумы, следовательно, самые выдающиеся сенсы считывали информацию. Само собой, это были не простые подсказки, а мельтешение чётких и смазанных картин, сильные чувства, невнятные знаки и символы.
Оракулы, как называли подобных специалистов, учились не только принимать, но, главное, интерпретировать видения. Ведь, по сути, эти сигналы были бессознательным миллионов людей, что пусть и не осознавали разумом, но ловили подсознанием тревожные знаки. Вроде чуть большего количества людей в знакомом месте. Человек даже если заметит, то логично себе объяснит это. Зато подсознание запомнит и, скорее всего, покажет своё беспокойство сном или тревожной интуицией, лёгкой паранойей.
Но я отвлёкся. Специализацией Юлы был поиск информации, а не чувствительность к течениям эфира и толкование снов. Это немного похоже, но по сути абсолютно иная специальность. Моя знакомая искала сведения не в грёзах и кошмарах, а всего лишь в Паутине для магов.
