Оказаться в другой реальности, узнать, что ты являешься носителем редкого магического дара и уверенно ступить на ведущий к бесконечному развитию путь — казалось бы, что может быть лучше этой судьбы?Увы, но яркая вывеска слишком часто прячет за собой неприглядное содержимое. И обычному студенту-первокурснику, по неосмотрительности согласившемуся пойти на службу к одному из богов чужого мира, придется вплотную столкнуться с темной стороной обещанного ему величия. Смерти, предательства, ненависть окружающих… здесь для того чтобы остаться самим собой, нужно измениться. Очень сильно измениться.Художник: Олег Щербаков.
— Ты хочешь обрести величие?
Я оторвал взгляд от неряшливо исписанного листка бумаги, уставился на сидевшую передо мной женщину и осторожно переспросил:
— Извините?
Собеседница поджала губы, а затем едва заметно покачала головой:
— Мне интересно, Воронцов, ты хочешь получить зачет или нет?
— Да, конечно.
— Тогда попробуй ответить на мой вопрос.
— Да, сейчас…
К сожалению, лекцию, во время которой объяснялись схемы расстановки знаков на топографических картах, я пропустил. А выучить эту абсолютно бесполезную по меркам современного мира информацию в рамках подготовки к экзамену не позволила банальная лень.
— Ну, здесь… э…
— Ясно. В таком случае жду тебя на пересдаче. Следующий!
Мое место заняла смутно знакомая девушка из параллельной группы, а я вышел из аудитории, оказавшись в набитом сокурсниками коридоре.
— Сдал?
— Нет.
— Сильно валит? Лысый говорил, она сегодня злая, как урюпинский бомж.
— Билет неудачный вытащил. Тупо мимо кассы все.
— Счастливчик ты, Макс.
— Не то слово.
Кое-как отвязавшись от любопытных товарищей, я спустился на первый этаж, купил в буфете две слойки с ветчиной, после чего миновал проходную и направился в университетский сквер.
Вокруг царила весна. Омытая утренним дождем трава сияла всеми оттенками зеленого цвета, в воздухе витал тонкий аромат распустившейся сирени, а из ближайших кустов доносилось радостное воробьиное чириканье. Рядом с облюбованной мною скамейкой было еще оживленнее — прямо у моих ног деловито крутились два упитанных оранжево-черных шмеля и невзрачная бабочка.
— Кыш.
Отогнав чересчур любопытное насекомое, я стряхнул с колен крошки, поморщился и начал рассматривать проходивших мимо девушек. К сожалению, это занятие не принесло ожидаемой радости — новый «хвост» говорил о том, что ближайшие пару недель мне придется провести в общежитии, копаясь в потертых учебниках и выцеживая дефицитную информацию из сети. С другой стороны, можно было одолжить пару конспектов, дополнить их собственными воспоминаниями, положиться на удачу…
— …тоже закрыла сессию, — донесся до меня чей-то звонкий и радостный голос. — Теперь мы обретем величие и станем…
Я недоуменно вскинул голову, прислушался, но болтавшая с подругами студентка уже миновала сквер и скрылась за углом здания, оставив после себя едва уловимый флер клубничного парфюма.
— Эй, Макс, чего затаился? Домой идешь?
— Да, иду…
Как выяснилось спустя несколько минут, мой сосед по комнате успешно сдал последний экзамен и теперь его буквально распирало от счастья и нездорового энтузиазма. Это серьезно действовало на нервы.
— Алиска вечером в гости зовет. Днюха, все дела. Пойдешь? Если пойдешь, с тебя бутылка.
— Наверное, нет.
— Не вешай нос, иначе что-нибудь другое тоже повиснет. А это для будущего солдата нашей доблестной армии просто неприемлемо!
— Офигенная шутка, Дэн. Восхищен твоим гениальным чувством юмора.
— Забей ты на эту картографию, — сменил тон собеседник. — Все ее сдают, рано или поздно. Время есть.
— У меня еще геофизика висит.
— Тут да, тут учить надо…
В общежитии нас встретил традиционный бардак, сидящий на столе и меланхолично шевелящий длинными усами таракан, а также включенный телевизор.
— За последние месяцы в Москве и Подмосковье пропали без вести больше двадцати тысяч человек, — сообщила одетая в строгий костюм ведущая, пристально рассматривая меня сквозь пыльный экран. — Большинство из них уже найдены, однако примерно две тысячи остаются в розыске. Все эти люди обрели величие и стали…
— Какого черта?
— В смысле? — рассматривавший мятую рубашку сосед удивленно обернулся. — Ты о чем?
— Слышал, что она сказала?
— Какую-то фигню о пропавших без вести. А что?
— Ничего, забей.
В течение следующего часа я внимательно прислушивался к телевизору, доносящимся из общего холла разговорам и даже собственным мыслям, но ничего подозрительного так и не заметил. Все шло своим чередом, зацепившее меня словечко никто не повторял, копошившийся в дальнем углу комнаты Денис вызывал ровно столько же раздражения, сколько и прежде…
— За чипсами пойду, — внезапно заявил сосед, направляясь к двери. — Тебе взять что-нибудь?
— Нет, спасибо. На тренировку пора.
— Про Алису не забудь. В десять вечера.
— Да не собираюсь я к ней, отвянь…
Тренировка стала еще одним испытанием — из-за проваленного зачета мои мысли витали где-то очень далеко, тренер быстро это заметил, а поскольку я ходил на его занятия всего два месяца, то не получил никакого снисхождения. Расплата за недостаточную концентрацию оказалась мгновенной.
— Ты здесь отдохнуть решил?
— Нет, Игорь Алексеевич, мне…
— Скакалка, десять минут. Пошел!
Разумеется, я выдохся гораздо раньше. Благодаря чему навлек на себя еще больший гнев учителя.
— Ты зачем сюда ходишь? Для галочки?
— Нет.
— Тогда спарринг. Карим, выбей-ка из него лишнюю дурь.
