Мои ожоги серьезными не являлись, о чем говорила боль, легким фоном маячившая на задворках сознания, поэтому, прихватив трофейные клинки, я помчался к забору, за которым пряталась орчанка. Скользнул в прореху между кольями, подошел к бесчувственному телу и произвел беглый осмотр. Арбалетный болт попал в грудь, повредил одно из ребер, пробил правое легкое девушки и вышел под лопаткой, оставив дыру размером с серебрушку, из которой сочилась кровавая пена. Добавив к этому тонкую струйку крови изо рта, я с олимпийским спокойствием сделал вывод, что жить Викате осталось несколько минут. Не поможет ни сит, ни эльфийские зелья. Здесь только целитель мог бы справиться, и то потребовалась бы прямое вливание жизненной силы, но единственный, кто в округе умеет оперировать силой, сейчас валяется неподалеку в отключке.
Тут моя палочка-выручалочка память подкинула образ Поглотителя жизни. В голове только-только начала складываться последовательность действий, а ноги уже несли меня к дому. В коридоре пришлось перепрыгнуть через лежавших на полу бессознательных котят и вяло шевелившуюся Лисару. Видимо, они приняли на себя основной ментальный удар, раз до сих пор не смогли прийти в себя. В комнате я бросил ненужные пока ятаганы, достал из тумбочки жилетку, вытряхнул из потайного кармашка магический клинок и поспешил обратно. А выбежав на улицу, услышал сдавленный кашель.
Орчанка начала задыхаться. Это означало, что времени на доставку ближайшего мертвеца, чтобы раненая смогла забрать крохи оставшейся в его теле жизни, у меня нет. Правда, есть альтернативный и крайне рискованный вариант… Подбежав к девушке, я на секунду задумался, рассчитывая соотношение уровня опасности для моей жизни и степени ценности мечницы для команды, признал его приемлемым, вложил клинок в руку орчанки, прижал ее холодные пальцы к рукояти и нанизал свою ладонь на острие.
Если во время поглощения чужой силы мое тело омывало приятным холодком, то обратный процесс отчего-то сопровождался сильным жаром. Мне показалось, что руку на клинке объял огонь, инстинкты требовали отдернуть ее, однако я смог усмирить их и сосредоточился на самочувствии, чтобы не пропустить момент, когда уровень жизненной энергии в моем организме достигнет критической отметки.
Секунда… Орчанка зашевелилась, вдохнула полной грудью и закономерно закашлялась… Две… Вызванный оттоком силы жар охватил все мое тело, заставив сердце болезненно сжаться… Три… Виката сплюнула кровь и открыла глаза… Четыре… У меня во рту пересохло, сердце пропустило удар. Может, этого достаточно? Нет, рана серьезная, а мне не известна граница пропускной способности артефакта… Пять… Орчанка огляделась, посмотрела на меня… Шесть… В глазах начало темнеть. Теперь точно пора!
Я хотел прервать передачу, но объятое жаром тело не повиновалось. Я не мог отшатнуться, не мог сорвать руку с клинка, не мог пошевелить даже пальцем! Все, что мне оставалось — безучастно следить за тем, как утекает моя жизнь… Семь… Глаза девушки расширяются. Она в ужасе от ожогов на моем лице… Восемь… Ее взгляд опускается и натыкается на Поглотитель. Миг на осмысление — и рука орчанки отдергивается, выпуская клинок, а из меня словно выдергивают стержень, и я оседаю без сил рядом с Викатой, пытаясь сохранить крохи уплывающего сознания.
Откуда-то издалека доносится: «Ник, не оставляй… не смогу… пожалуйста… что мне сделать…», и я выдыхаю оставшийся в легких воздух, понимая, что сил на вдох уже не хватит, формируя его в одно короткое слово:
— Трупы.
Возникший в ушах звон заглушил прочие звуки, зрение покинуло меня еще раньше, сердце билось через раз, а сознание постепенно угасало. Я погружался во всепоглощающую черноту. Но за миг до перехода незримой черты, отделяющей меня от небытия, тело омыл живительный холодок. Жадно потянувшись к нему, я почувствовал, как ко мне возвращаются силы. Судорожный вдох — и мотор в груди снова работает как часы, а разум проясняется. Второй — пелена перед глазами развеивается, позволяя увидеть захлебывающуюся кашлем Вику и обезглавленное тело врага.
Счастье длилось недолго. Поток живительной энергии быстро иссяк, однако мое состояние все еще оставалось далеким от нормы. Выдернув Поглотитель из мертвеца, я попытался подняться. Тело повиновалось отвратительно, и если бы не прокашлявшаяся орчанка, мне бы не удалось утвердиться на ногах. Кстати, девушка понимала меня без слов, наглядно доказывая свою полезность. Значит, решение спасти ее было верным.
