Этой стратегией он руководствовался в ходе всей Второй мировой войны, особенно при решении вопроса об открытии второго фронта и конечных целях войны. Отсюда, естественно, вытекало стремление проявить максимум экономии в затрате собственных усилий на выигрыш войны и, наоборот, переложить максимум страданий и потерь на Советский Союз.
Однако Черчилль в одном важном и принципиальном вопросе просчитался. Он далеко не сразу сумел правильно оценить огромную экономическую мощь и военную силу Советского Союза в войне. Как многие другие западные государственные и политические деятели, он исходил из того, что Германия и СССР измотают друг друга в мертвой схватке, истощат свои силы и ресурсы, и тогда англосаксы станут диктовать свою волю на международной арене. На деле такой сценарий не сработал.
Уже после Сталинграда Черчилль увидел, что исход Второй мировой войны решается на советско-германском фронте в пользу Советского Союза, а это по раскладу британского премьера может привести к огромному влиянию советской супердержавы в послевоенном мире. Потому он сменил свою стратегию - от политики открытой поддержки союзника по антигитлеровской коалиции перешел к скрытой войне против него, которая все больше усиливалась по мере успешных действий Советских Вооруженных Сил и их стремительного наступления на Запад.
358
По моему мнению, можно определенно утверждать, что именно с этого момента Черчилль стал главной фигурой в антигитлеровской коалиции, по инициативе которого происходили основные драматические взаимоотношения между «большой тройкой», а - значит, и между союзными государствами в целом.
Британский премьер откровенно саботировал и затягивал по времени открытие второго фронта на севере Франции, стремился во что бы то ни стало воплотить в жизнь свой балканский вариант, тормозил военные поставки в СССР, проводил тайные переговоры с главарями гитлеровской Германии, был не прочь уберечь Германию от полного разгрома и безоговорочной капитуляции. А в первые послевоенные годы выступил в Фултоне главным глашатаем развязывания «холодной войны» против Советского Союза.
При наличии только перечисленных серьезных разногласий сегодня приходится лишь удивляться, каким образом лидерам «большой тройки» удалось остаться союзниками до победного конца. Большую роль в сохранении коалиции, безусловно, сыграл президент США Ф. Рузвельт.
Взять, например, проблему открытия второго фронта в Европе. На настоятельные призывы Сталина, которые поддерживал Рузвельт, открыть второй фронт на севере Франции Черчилль реагировал различными отговорками вплоть до 1943 г. Его коварная стратегия по затягиванию второго фронта фактически сработала. Цель была ясна - оставить русских один на один воевать с немцами, с тем чтобы продолжать истощать Советский Союз.
При этом британский премьер не только противился открытию второго фронта на севере Франции, но правдами и неправдами пытался убедить Рузвельта и Сталина в необходимости реализации балканского варианта, разумеется, не ради помощи Красной Армии, а с целью опять же оставить русских один на один в борьбе с гитлеровцами и остановить советские войска как можно восточнее германской границы.
Если бы Рузвельт согласился с черчиллевским балканским вариантом, то наверняка война в 1944 г. пошла бы совершенно по другому пути. Рузвельт не согласился. Операция «Оверлорд» стала неизбежной.
Сталин Иосиф Виссарионович (1879-1953) - Генеральный секретарь ЦК ВКП(б). Во время Второй мировой войны - Председатель Совета Народных Комиссаров, Председатель Государственного Комитета Обороны, народный комиссар обороны СССР, Верховный Главнокомандующий Вооруженными Силами Советского Союза. Являлся одним из организаторов антигитлеровской коалиции.
О Сталине много написано. Еще больше наговорено, особенно очернительного, несправедливого. Причины фальсификации личности Сталина, как мне кажется, раскрыл сам Сталин еще задолго до Великой Отечественной войны. В беседе с Александрой Михайловной Коллонтай в ноябре 1939 г. И. Сталин сказал: «Многие дела нашей партии и народа будут извращены и оплеваны прежде всего за рубежом, да и в нашей стране тоже. Сионизм, рвущийся к мировому господству, будет жестоко мстить нам за наши успехи и достижения. Он все еще рассматривает Россию как варварскую страну, как сырьевой придаток. И мое имя тоже будет оболгано, оклеветано. Мне припишут множество злодеяний.
Мировой сионизм всеми силами будет стремиться уничтожить наш Союз, чтобы Россия больше никогда не могла подняться. Сила СССР - в дружбе народов. Острие борьбы будет направлено прежде всего на разрыв этой дружбы, на отрыв окраин от России. Здесь, надо признаться, мы еще не все сделали. Здесь еще большое поле работы.
С особой силой поднимает голову национализм. Он на какое-то время придавит интернационализм и патриотизм. Возникнут национальные группы внутри наций и конфликты. Появится много вождей-пигмеев, предателей внутри своих наций.
360
