Дезинформация по возрождению военной экономики и перевооружению нацистской Германии. Придя к власти 30 января 1933 г., Гитлер взял курс на создание мощной военной экономики и перевооружение армии. Это была открытая милитаризация Германии, которая таила в себе военную опасность. Тактику надо было менять. Дикие методы нацистов до прихода к власти в новой обстановке были не пригодны. Нужен был камуфляж для внутренней и внешней политики, облегчающий проведение избранного курса. Поэтому в первом же воззвании своего кабинета 30 января фюрер цинично заявил в рейхстаге: «Мое правительство откажется от всех видов оружия, если другие народы пойдут на разоружение».
Указания фюрера услышали внутри страны и за ее пределами. В период 1933–1936 гг. жизненные потребности своей милитаризации нацисты прикрывали «камуфляжным миром». В стране и по всему миру развертывалась одна за другой шумные кампании под лозунгами: «Гитлер хочет мира», «Война — это безумие, коммунистический хаос», «Гитлер желает жить с соседями в мире и согласии», «Сегодня одна задача — обеспечение мира во всем мире» и др. Такая тактика сработала.
Маска миролюбия привела в июле 1933 г. к «пакту четырех» (о согласии и сотрудничестве между Великобританией, Францией, Италией, Германией), а точнее, к союзу политики «умиротворения» и антикоммунизма. Подобный союз долго вызревал и наконец-то созрел с приходом к власти Гитлера. Он готов был подменить Лигу Наций. На деле это был первый сговор (без камуфляжа) западной демократии с фашистами, в результате которого за Германией признавалось равенство прав в области вооружений. Другими словами, перевооружению нацистской Германии был дан «зеленый свет»[27], то есть то, что требовал Гитлер.
Черчилль, выступая в палате обшин, назвал «равенство Германии в вооружениях» признаком всеобщей европейской войны и смертельной опасностью для Великобритании.
Сталин на XVII съезде ВКП(б) равенство в вооружениях и выход Германии из Лиги Наций определил как «торжество идеи реванша», мощный толчок к росту вооружений в Европе, как практическую подготовку к новой войне.
Камуфляжное миролюбие продолжалось. Используя момент, когда конференция по разоружению в Женеве зашла в тупик, Германия 14 октября 1933 г. покинула конференцию и объявила о выходе из Лиги Наций. 16 марта 1935 г. в Германии была введена всеобщая воинская повинность. При этом никакого риска не было. Нацистские акции в Лондоне и Париже были приняты к сведению. Вашингтон стоял в стороне.
21 мая 1935 г. Гитлер предложил всем странам заключить с Германией пакты о ненападении. Для подтверждения своих слов он восхвалял всемерно значение заключенного в январе 1934 г. германо-польского соглашения о ненападении. Гитлер хорошо понимал, как много значит для него политическая инициатива о мире, разоружении и особенно о «примирении» с Польшей.
Верили в лозунги Гитлера? Да, многие западные страны были убаюканы «мирной» демагогией фюрера. Государственные деятели США, Англии и Франции в лице Гитлера видели своего сторонника в борьбе с коммунизмом, нарастающим рабочим движением в Западной Европе, в борьбе против Советского Союза. Получалось так, что антисоветская направленность политики ведущих капиталистических стран объективно совпадала с бескомпромиссной политикой антикоммунизма Гитлера, его устремлениями по «завоеванию и беспощадной германизации жизненного пространства на Востоке» (из книги «Майн кампф»). Поэтому западная демократия дала карт-бланш Гитлеру в перевооружении Германии, наивно полагая, что при необходимости можно будет направить фашистскую агрессию в нужном направлении — лишь против Советского Союза.
Что происходило на деле в области перевооружения Германии под прикрытием мнимого миролюбия Гитлера?
Не будет преувеличением сказать, что чудовищная германская «коричневая чума» является кровным детищем американо-британского капитала и немецких олигархов (промышленников и банкиров). Многочисленные протоколы допросов обвиняемых Нюрнбергского процесса убедительно подтверждают: без «брачного союза» этих прародителей Гитлер и нацисты никогда не захватили бы власть в Германии и не смогли бы буквально в считанные годы построить империю зла, насилия и агрессии. Сошлюсь на конкретные факты.
Еще в условиях Веймарской республики за 6 лет (1924–1929) Германия получила только кредиты преимущественно от США на сумму 22 млрд марок[28]. В это же время долгосрочные капиталовложения составили свыше 10–15 млрд марок, из которых не менее 70 % приходилось на долю США, и свыше 6 млрд марок краткосрочных вложений[29].
По официальным данным, прямые вложения американского капитала в германскую промышленность в 1930 г. составили 216,5 млн долларов, а по оценке сенатской комиссии (комиссия Килгора) — 1 млрд долларов. Американские капиталовложения направлялись в машиностроение, автомобильную, электротехническую, авиационную, химическую и другие отрасли промышленности военного назначения. Кроме того, США имели в Германии около 60 филиалов американских концернов.
