Подведем итоги. По уточненным данным, на Восточном фронте Германия потеряла убитыми, ранеными и пленными около 10 млн солдат и офицеров, 48 тыс. танков и штурмовых орудий, 167 тыс. артсистем, 17 тыс. кораблей и транспортов. Красная Армия разгромила и пленила 607 дивизий противника. Это три четверти от общих германских потерь в войне. Это ответ на вопросы относительно «мяса и крови», кто лучше воевал и где решались судьбы Второй мировой войны.
Теперь насчет того, что мы якобы воевали заградотрядами и штрафными ротами (батальонами). Глупость все это, господа писатели. Если бы это было так, то зачем тогда мы мобилизовали все силы страны на разгром врага, зачем имели ежегодно на фронте 6,5 млн солдат и офицеров из общей численности вооруженных сил в пределах 11,5 млн человек. А всего за четыре года войны надели шинели около 35 млн человек, что равно по численности всему населению Дании, Голландии, Норвегии, Швеции и Финляндии, вместе взятых.
Видимо, писатели хотели сказать, что у советских войск в первые месяцы войны был низкий боевой дух и что многие офицеры и солдаты не хотели воевать и заградотряды и штрафбаты спасли дело. Но это клевета на советский народ, которая опровергается боевой практикой начального периода войны.
Сотни тысяч воинов боролись с врагом в первые дни и месяцы войны буквально до последней капли крови. Не только отдельные бойцы, но и целые части, соединения, попадая в окружение или под удар превосходящих сил с фронта, встречали врага стойко, мужественно и умело.
Так, 23 июня, на второй день войны, 99-я стрелковая дивизия полковника Н. И. Дементьева выбила гитлеровцев из Перемышля, захваченного ими накануне, и удерживала его до 27 июня.
67 стрелковая дивизия генерала Н. А. Дедаева с 22 по 27 июня вместе с моряками военно-морской базы Лиепаи отразила все атаки превосходящих сил немцев и оставила город только после того, как были исчерпаны все возможности обороняющихся.
В боях под Минском особенно отличилась 100-я стрелковая дивизия генерала И. Н. Руссиянова. В период с 26 по 30 июня она нанесла тяжелый урон частям 39-го моторизованного корпуса 3-й немецкой танковой группы. Об успешных действиях 100-й стрелковой дивизии стало известно всем соединениям Западного фронта.
Всем известный малочисленный гарнизон Брестской крепости, попав в окружение, своим героическим сопротивлением в течение месяца сковал значительные силы врага и своим подвигом вошел в летопись истории.
11 дней героически оборонялась в опорном пункте 13-я погранзастава лейтенанта А. В. Лопатина. И лишь только когда все ее защитники погибли, враг занял опорный пункт.
Дневник начальника немецкого генерального штаба Гальдера содержит следующие записи:
«26 июня 1941 г. Русские не думают об отступлении, а, напротив, бросают все, что имеют в своем распоряжении, навстречу вклинившимся германским войскам…»
«27 июня 1941 г. События развиваются не так, как намечается в высших штабах…»
«28 июня 1941 г. В Белостокском лесу юго-восточнее города идут упорные бои, которые, против ожидания, сковывают весь центр и часть правого фланга 4-й армии… На всех участках фронта характерно небольшое число пленных…»
«29 июня 1941 г. Сведения с фронта подтверждают, что русские всюду сражаются до последнего человека…
Бросается в глаза, что при захвате артиллерийских батарей и т. п. в плен сдаются лишь немногие. Часть русских сражается, пока их не убьют, другие… пытаются выйти из окружения под видом крестьян».
Массовый героизм советских воинов в борьбе с фашистскими захватчиками был ярким примером проявления подлинно народного характера. Однако как бы ни был велик героизм советских людей, это не могло коренным образом изменить крайне неблагоприятную оперативно-стратегическую обстановку на фронте.
Заградотряды возникли у нас не от хорошей жизни. Они впервые появились в войсках не по приказу Сталина и не по воле НКВД, а были созданы по инициативе командования Брянского фронта в августе — сентябре 1941 г. 5 сентября Ставка разрешила сформировать в дивизиях такие подразделения. А спустя неделю Ставка объявила о создании в пятидневный срок при стрелковых дивизиях Красной Армии заградотрядов. Однако критическая ситуация на фронте требовала принятия других, более жестких мер.
Особенно тяжелая обстановка сложилась в 1941 г. после разгрома нашей полумиллионной группировки войск, окруженной в районе Вязьмы, поражения войск фронта и на подступах к Москве, а также в 1942 г., когда немцы многократно нарастили силы своих ударов, бросали в сражения все новые и новые дивизии, переброшенные с Запада и других направлений, и рвались к Волге. Наши войска отступали, нередко бежали в панике, оставляли свои позиции самовольно, без приказа.
В этой критической ситуации руководство страны и советский народ мобилизовали все свои силы, чтобы остановить врага, стабилизировать хотя бы временно положение на фронте. В сражения вводились армии второго стратегического эшелона, подтягивались резервы из глубины страны, были приняты многие другие меры. Тем не менее положение оставалось отчаянным, войска отступали.
