— Гибкости и терпения всегда недостаточно, если другая сторона не идет на взаимность, а проводит двурушническую политику. Вплоть до конца августа 1939 года британское правительство вело скрытые переговоры с руководством гитлеровской Германии. С какой целью? Для того чтобы тайком сговориться с Гитлером ради единого дела — направить агрессию против СССР. Поэтому не Советский Союз, а западные демократы развязали руки фашистским государствам к войне: сначала по их вине жертвами были Китай, Абиссиния, Испания, затем — Австрия, Чехословакия, Албания, Югославия, Греция, Бельгия, Голландия, Норвегия, Франция и почти вся Европа. А на Востоке разбойничала Япония, в том числе против СССР.
Фактически мировой пожар разгорелся уже в августе 1939 года — соблюдали свой относительный нейтралитет лишь США и вне большой войны оставался Советский Союз. Спрашивается, в условиях, когда демократы всеми правдами и неправдами пытались направить агрессию против СССР, была ли у Сталина какая-либо альтернатива сближению с Германией? Мое мнение однозначно — нет, альтернативы не было. После срыва советско-англофранцузских военных переговоров и ведения параллельно скрытых англо-германских переговоров у Сталина отпали всякие надежды на западных демократов.
— Значит, «Мюнхен» раздул мировой пожар, а по нашему мнению, произошло это по вине сговора Сталина с Гитлером. Где момент истины?
— Момент истины кроется в классовой ненависти западных буржуазных демократий к социалистическому Советскому Союзу. Объединение усилий наших стран не произошло потому, что над здравым смыслом верх взяла идеология: «Чтобы западная демократия жила, большевизм должен умереть».
В Мюнхене демократы сдали все позиции Гитлеру и создали ему трамплин для расширения агрессии. После «Мюнхена» западные страны уже не мешали Гитлеру ни в чем, лишь бы он не стрелял по своим, то есть по демократам. Чемберлен и Даладье, возвратясь из Мюнхена, известили свои зарубежные дипломатические ведомства о том, что «германская политика отныне ориентируется на борьбу с большевизмом. Германия проявляет свою волю к экспансии на Восток».
Такое мнение лидеров Лондона и Парижа разделяли многие политические деятели за океаном. Так, бывший президент США Г. К. Гувер, приветствуя мюнхенскую сделку, заявил о том, что если не мешать германской экспансии, «естественно ориентированной на Восток», то Западной Европе нечего опасаться третьего рейха.
Вспоминая то время, всегда задумываешься: неужто Чемберлен и Даладье, подписывая Мюнхенское соглашение с Гитлером, не понимали, что они не спасали мир, а поджигали войну, толкая Гитлера против СССР? Однако все дело в том, что они прекрасно знали и рассчитали свои шаги и все делали для того, чтобы направить германскую агрессию против Советского Союза, а свой народ обманывали, обещая ему мир.
— Если вы считаете, что для Европы лучшим вариантом был бы союз СССР, Англии и Франции, то означает ли это, что Второй мировой войны не было бы?
— Союз военных усилий СССР, Англии и Франции, если его не выхолащивать, разумеется, был бы неодолимой преградой гитлеровской агрессии. Судьба Европы была бы другая.
Но давайте представим себе, что союз названных трех государств в 1939 году состоялся. Кто даст гарантии, что в случае нападения Германии на СССР демократы по отношению к своему союзнику не поступили бы так же, как они поступили с Польшей? Ведь известно, что Чемберлен был антикоммунистом и ни при каких обстоятельствах не хотел идти на англо-русский альянс.
Хочу поставить перед вами, господа, такой дикий на первый взгляд вопрос: если бы 22 июня 1941 года у власти были Чемберлен и Даладье, то как бы повели себя Англия и Франция? Вы скажете, что это риторика? Нет, это практика. Мне думается, что они последовали бы мюнхенской политике, то есть пошли бы вместе с Гитлером «крестовым походом» на СССР.
Даже после того, как Франция потерпела поражение, близорукий Чемберлен, будь он у власти, наверняка присоединился бы к Гитлеру против СССР Вот почему мы ценим мудрость Черчилля. Только он, ярый антикоммунист, будучи реалистом в политике, сумел понять необходимость создания антигитлеровской коалиции. Согласны ли вы с моими суждениями?
— Интересные суждения, надо их обдумать. Спасибо за беседу. При случае было бы хорошо ее продолжить.
Но случая больше не представилось. Что касается своих суждений, то я сегодня не считаю возможным от их содержания отказываться. Наоборот, память о лондонской беседе подтолкнула меня попытаться хотя бы частично раскрыть скрытые страницы внутренних взаимоотношений великой тройки антигитлеровской коалиции. Тема эта освещена в ряде зарубежных и отечественных источников и, хотя потрачено много чернил, раскрыта она еще далеко не полностью. Имеется много тайн в исторической аномалии взаимоотношений трех великих лидеров.
